LXII - Завещание - Жан Мелье

ОГЛАВЛЕНИЕ


LXI. Большинство ученых и самых мудрых людей древности отрицали или подвергали сомнению существование богов


LXII. ОТКУДА ВПЕРВЫЕ ВЗЯЛАСЬ ВЕРА В БОГОВ И ПОЗНАНИЕ ИХ

Впрочем представляется довольно ясным, что первая вера в богов основана только на следующем: некоторые люди, более тонкие, более хитрые, более изощренные, может быть, даже более развращенные и более злые, чем все остальные, из честолюбивого желания возвыситься над другими, а может быть, желая потешиться над их невежеством, дерзнули принять имя бога и выставить себя в качестве верховного владыки, чтобы внушить к себе больше страха и уважения. Остальные люди под влиянием страха или глупости или из угодливости и лести предоставляли им полную свободу действия, так что те сделались господами; став господами, они удержали за собой имя бога и звание верховного владыки. Точно так же и на наших глазах теперь великие завоеватели, т. е. великие воры и узурпаторы провинций и царств, присваивают себе имена и титулы герцога, короля, императора, верховного государя, именуя себя даже превеликими, превысоким и премогущественными владыками. Еще немного, и они еще в наше время называли бы себя именем и званием бога всемогущего; до такой степени их гордыня хочет вознестись над уровнем всех других людей. Итак, говорю я, ясно, что лишь отсюда проистекает первоначальная вера в богов. А именно это явствует из веры в бога евреев и христиан, о котором говорится в их истории о мнимом сотворении мира[1]. Там определенно указывается, что этот бог разговаривал, рассуждал, ходил и прогуливался в саду, ни дать ни взять, как самый обыкновенный человек; там же сказано[2], что бог создал первого человека по образу и подобию своему, а это явный признак того, что этот мнимый бог был в действительности человеком, раз было полное сходство одного с другим. Весьма вероятно, стало быть, что мнимый бог был хитрый, тонкий человек, который хотел потешиться и посмеяться над простодушием и неотесанностью того, кого называли Адамом, а последний по всей видимости был лишь увалень, разиня и дурак, потому что, как и говорится в том же рассказе[3], он так легко и так глупо поддался на соблазн слов женщины и коварным обещаниям змея, бывшего хитрее его, как отмечается и в самом рассказе. Равным образом надо полагать, что и тот мнимый бог, который беседовал с Моисеем, в действительности был человеком или даже только подставным лицом, так как сам Моисей приписывает ему не только слово и речь человеческую, но наделяет его всеми членами и страстями человеческими; ибо этот бог сам, желая посмеяться над Моисеем, который просил показать ему его лицо[4], ответил ему довольно забавно, что он может, если ему угодно, видеть его спину и его зад[5], но лица его не увидит. Ясно, что этот мнимый бог имел, значит, человеческое лицо, человеческий тыл, или зад, раз он это сам утверждал, и следовательно это был лишь человек, который рядился в бога или изображал из себя бога. Но так как он соглашался показать лишь свой зад, а не лицо, то ясно, что он боялся открыть себя, показав свое лицо; это является достаточно очевидным признаком, что в действительности он был только человеком, а не богом; если только не предпочесть версию, что эти мнимые слова и речи к Моисею — лишь слова и речи самого Моисея, которые он приписывал богу, чтобы придать им больший вес и авторитет в глазах людей, к которым он обращался. Это вполне возможно, ибо с давних пор шарлатаны пользуются такого рода уловками для обмана людей. А теперь было бы великой глупостью опять поддаваться этому обману и придавать им веру.


[1] Быт., 3:8.

[2] Там же, 1:27.

[3] Там же, 3:1, 6.

[4] Исход, 33:13.

[5] Там же, 33:23.


LXIIІ. Богопоклонники в конце-концов были вынуждены признать ложность господствовавшего представления о множественности богов