LXVII - Завещание - Жан Мелье

ОГЛАВЛЕНИЕ


LXVI. Фантастическое представление богопоклонников об их боге


LXVII. БЕСПОЛЕЗНО ПРИБЕГАТЬ К ГИПОТЕЗЕ СУЩЕСТВОВАНИЯ ВСЕМОГУЩЕГО БОГА, ЧТОБЫ ОБЪЯСНИТЬ ПРИРОДУ И ОБРАЗОВАНИЕ ЕСТЕСТВЕННЫХ ВЕЩЕЙ

Я хорошо знаю, что не легко представить себе, чтó заставляет материю двигаться, чтó заставляет ее двигаться таким или другим образом, с такой или иной силой или скоростью. Я не могу понять возникновение и действенное начало этого движения, признаюсь в этом. Но я не вижу однако никакого препятствия и никакого абсурда в том, чтобы приписать это самой материи. Я не вижу, чтобы можно было найти в этом какой-нибудь абсурд, и даже сторонники противоположной системы не могли бы найти его. Они могут возразить лишь, что тела, большие либо малые, не имеют в самих себе силы двигаться, потому что, говорят они, нет никакой необходимой связи между их представлением о телах и их представлением о движении, Но конечно это ничего не доказывает, ибо даже если бы не видно было никакой необходимой связи между представлением о теле и о движущейся силе, то из этого еще не следует, чтобы такой связи не было. Незнание природы какой-нибудь вещи нисколько не доказывает, что этой вещи не существует, но нелепости и явные противоречия, которые с неизбежностью вытекают из положенного в основу ложного начала, — убедительное доказательство ложности этого начала. Итак невозможность представить себе и доказать разумными доводами, что материя сама в себе обладает силой двигаться, не есть доказательство, что она этой силы не имеет; напротив, нелепости и явные противоречия, которые вытекают из гипотезы сотворения мира, как я уже сказал, являются убедительными доказательствами ложности этой гипотезы. И так как несомненно, что материя движется и никто не может этого отрицать или в этом сомневаться, если только не стать завзятым пирронианцем, то отсюда с необходимостью следует, что материя в самой себе имеет свое существование и свое движение или же получила то и другое из какого-нибудь другого источника. Но не может быть, чтобы она получила их из другого источника, как я только-что ясно доказал и разовью еще в дальнейшем. Итак она имеет в самой себе свое существование и свое движение, и следовательно нет надобности искать вне ее принцип ее существования и ее движения.

Но посмотрим еще, нельзя ли показать на нескольких примерах, что, хотя мы и не в состоянии иной раз усмотреть необходимой связи между причиной и действием, это нисколько не мешает такой связи в действительности существовать.

Вот несколько примеров этого. Мы не видим например никакой необходимой связи между естественным строением нашего глаза и лицезрением какого-нибудь предмета. Мы не можем понять, как получается зрительный образ предмета, а между тем несомненно, что мы видим своими глазами. Следовательно должна быть какая-то естественная связь между строением глаза и зрительным впечатлением от предмета, хотя мы и не можем видеть, в чем состоит эта связь. Мы не видим также например необходимой связи между нашей волей и движением наших рук или наших ног, мы не знаем даже ни природы, ни действия этих скрытых пружин, благодаря которым приводятся в движение наши руки и наши ноги; однако, хотя мы их совершенно не знаем, от этого все эти пружины ничуть не хуже действуют с того момента, как мы хотим двигать своими руками и ногами; можно наблюдать повседневно, что именно люди, меньше всего знакомые с естественным строением своего тела, часто с большей легкостью и ловкостью двигают своими членами. Значит, должна быть естественная связь между нашей волей и движением частей нашего тела, хотя мы совсем не знаем, в чем состоит эта связь и как она осуществляется. Без сомнения так же обстоит дело и с той связью, которая существует между движением и колебанием волокон нашего мозга и нашими мыслями. Мы не видим, чтобы была какая-нибудь связь между первыми и вторыми, мы не видим, каким образом могла бы иметь место подобная связь, а между тем какая-то связь тут непременно есть, потому что наши мысли зависят от этого движения или колебания волокон нашего мозга или от движения животных духов (esprits animaux), которые находятся там в беспрестанном движении. Но возьмем для примера наше происхождение и наше рождение. Я предпосылаю как факт, что самый искусный философ и самый тонкий ум в свете никогда не мог бы составить себе правильное представление о своем происхождении и о своем рождении, если бы он никогда не видал и не слыхал, как производятся на свет и рождаются люди или какие-нибудь другие животные. Мог бы он например догадаться только с помощью своего природного разума, что он был зачат и постепенно образовывался во чреве женщины благодаря действию особой жидкости и жидкого семени, которое подобный ему мужчина излил и по известным каналам впустил во чрево женщины? Мог ли бы он догадаться или представить себе при помощи своего природного разума, что он 9 месяцев оставался заключенным во чреве женщины и затем вышел оттуда на свет таким-то или таким-то способом? Конечно нет, он никогда не мог бы представить себе это, и ему бы и в голову никогда даже не могло притти, что его когда-то кормила грудью женщина, если бы он, как я сказал, никогда не видал и никогда не слыхал о подобных вещах. И если бы этот философ или тонкий ум, желая основываться в своих суждениях только на представлениях о том, с чем он знаком и что он видел, вздумал отрицать свое действительное происхождение и приписывать его какой-то другой, созданной его воображением причине на том основании, что он не может усмотреть естественно необходимую связь между чревом женщины и рождением человека, то разве над ним не смеялись бы?

Да, конечно... И вот тем не менее совершенно так же поступают те, кто отрицают вечность материи, отрицают, что она сама в себе имеет силу двигаться, и ссылаются на то, что не видят необходимой связи между идеей материи и ее движением. Ибо они не хотят признать единую и настоящую причину общего происхождения всех вещей, ссылаются на то, что не могут понять, в чем она заключается; однако в то же время они предполагают другую, ложную причину, которая в тысячу раз непонятнее той, которую они отвергают под предлогом, что не могут ее понять и не могут усмотреть необходимой связи между какой-нибудь вещью и ее свойством. Таким путем нельзя существенно разъяснить трудную проблему и сильно продвинуться в познании явлений природы. Итак если даже то наше представление о материи не открывает нам и не показывает ясно, что она имеет сама в себе и сама собой силу двигаться, из этого вовсе не следует, что она в действительности не имеет ее, раз она, что самое главное, движется и нет никакого противопоказания тому, что она движется сама от себя. Если бы действительное (actuel) движение было сущностью материи, я склонен думать, что мы могли бы видеть естественно необходимую связь между нашим представлением о материи и ее движением; но так как несомненно, что действительное движение не является ее сущностью, а только одним из свойств ее природы, то не надо удивляться, что мы не видим необходимой связи между представлением о ней и ее движением. Ибо раз ее движение не является для нее существенным и необходимым, то не обязательно должна быть здесь также необходимая связь; таким образом, если наше представление о материи не показывает необходимой связи с движением ее, это не есть доказательство, что материя не может двигаться сама собой.


LXVIII. Бытие не могло быть сотворено