XXXIX - Завещание - Жан Мелье

ОГЛАВЛЕНИЕ


XXXVIII. [Поклонение богам из теста открывает широкую дорогу ко всякого рода идолопоклонству]


XXXIX

Перейдем к другим заблуждениям. Христианская религия учит и обязывает верить, что бог создал первого мужчину и первую женщину в состоянии совершенства, как телесного, так и душевного, т. е. с совершенным здоровьем, с совершенным разумом и в совершенной чистоте, свободными от всех немощей телесных и от всех пороков душевных, что он поселил их в месте наслаждений и блаженства, которое они называли земным раем и где жили бы они и все их потомство в полном довольстве, если бы они оставались всегда верными и послушными своему богу. Но по внушению змея они неосторожно вкусили плод, который бог запретил им вкушать, и заслужили этой своей провинностью немедленное изгнание из земного рая и подпали вместе со своим потомством, т. е. со всем родом человеческим, всем невзгодам настоящей жизни, и не только этому, но еще и вечному осуждению; оно заключается, согласно учению христианской религии, в том, что они вечно отвержены от бога, вечно испытывают на себе его гнев и негодование, вечно претерпевают в аду самые жестокие и ужасные мучения и пытки, какие только возможно вообразить; это вечное осуждение и муки должны были бы терпеть все люди поголовно без единого исключения, если бы этот бог, как говорят наши христопоклонники, не возымел к ним сострадание и не явил им свою благость, послав им искупителя избавить их от этого. Этот воображаемый искупитель есть, согласно нашим христопоклонникам, их Иисус Христос; он был евреем по происхождению, сыном, плотника по имени Иосиф и женщины по имени Мария, которая тем не менее, как уверяют наши христопоклонники, всегда была и оставалась девой, как до его рождения, так и после него. Этот Иисус Христос исходил всю Галилею, как фанатик, проповедуя новое учение о близком пришествии воображаемого царства небесного, в конце-концов он был распят в Иерусалиме как обольститель народа, и как мятежник. Это не мешает однако нашим христопоклонникам признавать и почитать его как человека в полном смысле божественного, божественным образом сошедшего с неба в лоно упомянутой приснодевы, непорочной, не ведавшей мужа, от слова зачавшей сына[1].

Он вочеловечился, принял тело и душу для спасения мира и добровольно обрек себя смерти, постыдной смерти на кресте, чтобы спасти всех людей, искупить их грехи и своей смертью и пролитием своей крови дать удовлетворение правосудию бога, своего отца, который недостойно оскорблен грехами людей и прежде всего непослушанием первого человека, созданного им. Это удовлетворение, говорят наши христопоклонники, имеет бесконечную заслугу; он якобы искупил им всех людей от вечного осуждения и вечных мук ада; поэтому они называют его, как я уже сказал, своим божественным спасителем и искупителем. Таковы учение и вера наших христопоклонников по этому предмету; их религия наставляет их в этом чудесном учении и обязывает их верить в это под страхом осуждения, отвержения и вечного проклятия.

Но так как это заблуждение заключает в себе много смехотворных нелепостей, необходимо показать воочию эту смехотворность и нелепость. Я не буду однако останавливаться здесь на частностях и опровергать их в деталях, не буду останавливаться на басне о мнимом сотворении первого мужчины и первой женщины, о саде или земном рае, в котором бог поселил их, на басне о плоде от древа познания добра и зла, который бог запретил им вкушать; на басне об обольщении первого мужчины и первой женщины обманчивыми речами змея, более хитрого и тонкого, чем сам человек со всем своим мнимым совершенством, в котором он якобы был создан; на басне об особом наказании этих двух родоначальников рода человеческого, равно как и на басне о воображаемом наказании этого змея, ни наконец на басне о воображаемой деве, которая должна божественным образом родить сына. Я не буду, повторяю, останавливаться на опровержении всех этих басен в отдельности, как я многих других подобных им. Слишком много надо было бы говорить по поводу их, это завело бы меня слишком далеко. Достаточно здесь отметить три главных пункта упомянутого учения и показать воочию их ложность, смехотворность и нелепость.

Во-первых, учение это, ложно, смешно и нелепо, поскольку оно поучает, что пороки и грехи людей тяжко оскорбляют бога и возбуждают его гнев и негодование. Оно ложно, смешно и нелепо, поскольку оно поучает и уверяет, что бог наказывает за грехи людей не только наказаниями временными, в настоящей жизни, но также наказаниями вечными, в будущей жизни, и притом наказаниями самыми ужасными, какие только можно вообразить себе. Оно ложно, смешно и нелепо, поскольку оно поучает и обязывает верить, что бог сам сделался человеком и сам предал себя смерти и позорной крестной казни, чтобы искупить людей, которые его так тяжко оскорбили и заслужили своими грехами вечное осуждение. Все это, говорю я, ложно, смешно и нелепо; необходимо показать это воочию, с несколько большей обстоятельностью.


[1] Сколько, говорит Монтэнь, существует рассказов о подобном наставлении рогов богами бедным смертным! В религии Магомета, в верованиях этого народа, много таких Мерлинов, т. е. детей, не имеющих отца, рожденных божественным образом их чрева девственниц (Ess., p. 500).


XL. [Пятое заблуждение: учение о гневе божием за первородный грех и о наказании рода человеческого]