Глава 14 - Прибыли без производства - Сеймур Мелман

Оглавление


Глава 13


Глава 14
ЭКОНОМИЧЕСКОЕ БУДУЩЕЕ

Один из способов прогнозирования экономического будущего Соединенных Штатов состоит в предположении, что процессы принятия решений и производства, как они описываются в этой книге, будут продолжаться в основном в неизменном виде и в дальнейшем. Они уже вызвали техническую и экономическую некомпетентность такой глубины и масштабов, которые не имеют аналогов в американской истории. Частные управляющие и государственные администраторы получили образование, которое не дает им возможности решать исходную задачу, состоящую в организации людей для труда. В то же самое время производственная компетентность находится в упадке или является вторичной целью для частных управляющих, ориентированных на извлечение прибыли любыми средствами, и для государственных администраторов, которые стремятся усилить свою власть над военной экономикой.

Если так будет продолжаться, эти два аспекта американского управления определенно создадут индустриальную систему второго сорта, в которой все время будут происходить глубочайшие экономические кризисы и непрерывный распад. Более того, так будет происходить независимо от изменений в партиях, идеологиях или политическом руководстве. Это вполне обоснованный вывод из опыта почти четырех десятилетий развития после второй мировой войны, в течение которых вышеописанные процессы распространились независимо от существенных изменений личностей и идеологий в администрациях обеих главных партий.

Посмотрим всего лишь на один аспект этой проблемы, а именно на последствия военных бюджетов администраций Картера и Рейгана в сумме 2089 млрд. долл. на период с 1981 по 1988 г. Если эти бюджеты будут утверждены, то такие расходы резко увеличат отношение военного использования производительных ресурсов страны по сравнению с гражданскими, что к 1988 г. выразится соотношением 87 долл. военных расходов к 100 долл. гражданских. С некоторыми вариациями от одной отрасли к другой и от фирмы к фирме общий эффект, в чем можно быть абсолютно уверенным, выразится в дальнейшей технической и экономической деградации компетентности американской промышленности, потенциала всей инфраструктуры и качества жизни среднего американца[1].

Посмотрим еще раз на возможные противоречия между капиталовложениями на военные и гражданские цели, как они были определены в гл. 8. В обозримом будущем, скажем до конца ХХ столетия, крайне маловероятно, что Соединенные Штаты смогут выполнить одновременно свои программы капиталовложений в военную и гражданскую сферы. В той степени, в какой будет выполнена одна задача, будет недовыполнена другая. Любая серьезная попытка выполнить военные программы, намеченные до 1988 г., будет связана с дальнейшим ограблением средств производства американской промышленной системы. Заводы и оборудование будут продолжать деградировать, а промышленная некомпетентность — распространяться все шире и шире, следствием чего явится быстрый рост цен, безработица и т. п. Важный фактор, который способствует осуществлению этого прогноза, состоит в том, что таланты исследователей и разработчиков, а также лабораторные ресурсы сконцентрированы на паразитическом, т. е. на военно ориентированном, экономическом росте.

Для того чтобы сломать безжалостную причинно-следственную связь, которая привела к деградации американской промышленной экономики, мы должны начать с разоблачения ряда идеологических заблуждений, которые искажают понимание природы американских экономических трудностей. Эти фальшивые предположения следующие:

1. Современные промышленные экономики имеют, как правило, «восходящие» и «заходящие» отрасли. Соответственно полупроводниковые электронные компоненты, ЭВМ и самолеты считаются в Соединенных Штатах «восходящими» отраслями, в то время как сталеплавильная, автомобилестроительная и обувная относятся к «заходящим» отраслям. Стратеги «деиндустриализации» и «индустриальной политики» доказывают, что политико-экономическая мудрость Соединенных Штатов состоит в том, чтобы усиленно вкладывать в «восходящие» отрасли, позволяя в то же время «заходящим» отраслям исчезать. Но почему отрасль попадает в разряд умирающих? Стратеги «восхода — захода» никогда не рассматривали этот вопрос, исключая предположение, что угасание вызвано внешними факторами типа научно-технического прогресса, а также не столь обременительными ставками заработной платы в других странах[2].

Однако этот тезис о «восходящих — заходящих» отраслях оказался опровергнутым, когда в 1981 г. было обнаружено, что ведущие японские электронные фирмы захватили 80% мирового рынка критически важного класса полупроводников — а именно блоков памяти с произвольной выборкой, — которые являются важнейшими компонентами современных ЭВМ[3]. Изменения в относительных позициях электронных отраслей Соединенных Штатов и Японии в качестве ведущих мировых производителей больших интегральных схем произошли и в период 1979-1982 гг.[4] Ведущие японские электронные фирмы сконцентрировали свои усилия на мировом рынке, в то время как их американские конкуренты давно надеются на бюджет Пентагона для проведения научных исследований и на его руководство при разработке новой продукции. Японские фирмы, задавшись целью разрешить проблемы производства этой техники, оказались способными производить интегральные схемы более высокого качества и более дешевые. В то же самое время в электронной отрасли США раздаются опасения, что ей не хватает «технических специалистов и опыта, для того чтобы удовлетворять военные требования и одновременно продолжать успешно конкурировать с корпорациями из Западной Европы и Японии...»[5]. Все это отражается на положении США в мировой электронной промышленности. Если японские фирмы добьются крупного преимущества в разработке и производстве ЭВМ пятого поколения в 90-е годы, то они неизбежно займут доминирующие позиции на мировом рынке и извлекут выгоды во многих сферах. В этом направлении совместным усилиям японских фирм, которые возглавляет министерство внешней торговли и промышленности Японии, противостоят научные исследования, разработки и организация производства, осуществляемые консорциумом фирм США (из отраслей микроэлектроники и вычислительной техники) на основе совместного финансирования. Если фирмы США хотят удержать свои позиции передовых и компетентных производителей ЭВМ, они должны по меньшей мере сравняться с уже хорошо развитым японским потенциалом в части весьма продуманного проектирования и организации производственного процесса, включая контроль качества. Именно эти сферы и являются основной слабостью различных отраслей США[6]. Главный вопрос стоит следующим образом: не зайдет ли солнце для этих отраслей промышленности США еще раньше, чем будет иметь место предсказанное всемирное расширение вычислительной техники?

2. Технические и экономические проблемы промышленных отраслей США, особенно по отношению к ФРГ и Японии, являются временными и преходящими. Как бы то ни было, именно Соединенные Штаты восстановили Западную Германию и Японию после второй мировой войны, поэтому конкурентные трудности промышленности США являются всего лишь следствием американской щедрости. Факты, однако, не подтверждают подобного оптимизма. Как было показано в гл. 10, с 1948 по 1971 г. экономическая помощь США Японии была тривиальной, а помощь США Западной Германии по плану Маршалла составила 1,6 млрд. долл.; в обеих странах американская помощь оказалась второстепенной по сравнению с быстрыми темпами роста их собственного основного капитала[7]. Поэтому утверждение о том, что Соединенные Штаты сыграли важную роль в промышленной реконструкции Западной Германии и Японии является прежде всего доказательством нежелания реагировать на причины технико-экономического распада.

3. Фонды основного капитала, которые используются на военных предприятиях США, по всей видимости, непригодны для гражданских отраслей. «За исключением одностороннего разоружения, мы [США] никогда не пойдем на достаточное сокращение военного бюджета для финансирования значительных увеличений производительных капиталовложений»[8].

Это мнение опирается на убежденность в том, что нет путей нахождения и воплощения в жизнь многостороннего взаимосогласованного прекращения гонки вооружений. Но гонка вооружений развивается не по законам природы, это факт общественной жизни, и ее можно решить в соответствующих категориях политики и экономики[9].

4. Причина, по которой американские отрасли не могут конкурировать на мировых рынках, заключается в том, что японские и другие фирмы «догнали» Соединенные Штаты по уровню техники. Это убеждение основано на предположении, что существует один-единственный путь технологического развития, по которому должны идти все. Истина же состоит не в том, что различные страны занимают на этом пути разные позиции; дело в том, что они идут по разным направлениям. Управляющие американских корпораций предпочитают путь к краткосрочным прибылям экспорту капитала, и приоритетом для них является делание денег, а не производство товаров. Ведущие промышленные фирмы Японии концентрируют внимание на производстве товаров на пути к своему деловому успеху. В Америке государство используется в первую очередь для управления непроизводительной военной экономикой, в то время как в Японии государство заинтересовано в том, чтобы ускорить производство новой гражданской продукции и новой техники. Как показано в гл. 9, японская промышленность пользуется услугами гораздо большей относительной численности ученых и инженеров по сравнению с гражданской экономикой США, потому что последняя насчитывает огромный контингент инженеров, работающих на военную промышленность.

Эти различия остро проявляются в том, каким образом японские фирмы совершенствуют методы производства и производимые товары. Внедрив стабильную производственную систему (которую можно назвать «точно в срок и с уважением к людям»), «Тоёта компани» не только догнала три главные автомобилестроительные фирмы Америки. «Тоёта» взяла совершенно другой курс. Среди многочисленных нововведений, которые японские фирмы осуществили в радиотехнике, телевидении, фотографии, обычных звуковых и видеомагнитофонах, станках с ЧПУ, они добились такого прогресса, которого и следовало ожидать от концентрации технических умов и рук, участвующих в решении этих задач. По той же причине японцам нечего противопоставить американским разработкам в области военной электроники, ракетной техники, военных самолетов, ядерных подводных лодок и авианосцев.

Перспективы любой серьезной атаки с целью преодоления упадка американской промышленности требуют исследования возможных альтернативных вариантов принятия решений управляющими, рабочими и другими участниками экономической жизни. Но остался ли в американском обществе потенциал для компетентного, ориентированного на производство принятия решений?

В американской промышленности невозможно выделить какой-то отдельный аспект, изменив который можно было бы скорректировать процессы, генерирующие техническую и экономическую некомпетентность. Можно, однако, определить основные альтернативы для управляющих, инженеров и рабочих. В каждом случае упор будет сделан на направление перемен.

Управляющие как группа, ответственная за принятие решений, выработали целый ряд устойчивых, принципиально важных характеристик, которые я описал в гл. 4. Деятельность по принятию решений отделена от производства, и поэтому развитие профессий все более распадается на два направления — или с уклоном на чистое принятие решений, или с уклоном на производство. В соответствии с управленческой практикой лица, ответственные за принятие решений, организуются в иерархические структуры, и везде проникает императив этой профессии, заключающийся в том, что каждый управляющий высшего или низшего звена должен стремиться к тому, чтобы стать более важным благодаря захвату все большей власти принятия решений. Доход является функцией положения данного управляющего в общей иерархии. Эти характеристики управления видны в государственном и в частном капитализме, в частных фирмах и корпорациях,. в малых и больших предприятиях и в разных типах экономик, именуемых промышленным капитализмом, финансовым капитализмом или торговым капитализмом.

Тем не менее имеют место существенные различия в способах, какими реализуются эти характеристики. Для целей данной книги самое главное — это различие между идеями управления как первичной производственной услуги (результатом которой являются прибыли) или как первичной управленческой услуги и тем самым средством достижения прибылей и власти. В различиях, которые необходимо здесь привести, следует признать тот факт, что здесь отнюдь не противопоставлены абсолютно несовместимые тезисы, а что указанные варианты хотя они сильно отличаются, тем не менее связаны друг с другом и именно в этом смысле и являются «первичными» в той или другой категории определения функций управления.

В этой книге я часто ссылался на условия сталеплавильной отрасли промышленности США с целью проиллюстрировать характеристики управления, которое действует ради прибылей без производства. Поэтому важно показать, что и в сталеплавильной отрасли управляющие, первичной функцией которых является обслуживание производства, демонстрируют замечательные результаты.

Ф. К. Айверсон — президент фирмы «Ньюкор корпорейшн», владеющей небольшим заводом по выплавке стали в Норфолке, штат Небраска. Этот заводик производит сталь с более низкими издержками, чем любая сталеплавильная компания в мире, включая японские. «Мы, — говорит Айверсон, — строим очень экономичные заводы и эксплуатируем их очень эффективно; главная заслуга в этом принадлежит самим работающим на этих заводах, а также системе производственных стимулов».

«Ньюкор» вкладывает значительные средства в современную сталеплавильную технологию, а прибыли снова вкладываются в новое оборудование и в эксперименты с новыми технологическими методами. Управление корпорации уверено, что самым важным фактором является рабочая сила. Айверсон продолжает: «Наши производственные рабочие работают по системе производственных стимулов. Группами примерно по 30 человек они выполняют некоторые законченные задачи, например производят определенное число тонн проката. Если они превысят недельную норму выпуска продукции, они получат дополнительные бонусы в зависимости от степени превышения нормы. Нет ничего необычного в том, что эти бонусы могут превышать саму заработную плату. Бонусы выплачиваются на следующей же неделе, при этом их сумма ничем не ограничивается. Рабочие со средней почасовой заработной платой на этом заводе заработали в 1979 г. примерно по 22 тыс. долл.; у нас есть металлурги, которые заработали по 35 тыс. долл. Если они превысят норму еще в два раза, бонусы возрастут до 200% по отношению к зарплате. Мы никогда не изменяем норму»[10].

Производственные рабочие с завода «Ньюкор» комментируют это положение дел следующим образом: «Здесь хорошо относятся к людям. Куда бы вы ни посмотрели и с кем бы ни поговорили, речь всегда идет о производстве... Если мы что-то сломаем или что-то испортится на прокатном стане, все сразу же спешат помочь устранить поломку... Другой очень важной вещью для нас является гарантия рабочих мест». Айверсон сообщает, что за более чем 10-летний период по причине нехватки работы из фирмы не было уволено ни одного человека. Помимо этого, за период с 1976 по 1980 г. цена стальной продукции, вырабатываемой на этом заводе, «была равной или меньше, чем цена японской стали, выгруженной в портах Соединенных Штатов. Фактически вся рыночная доля нашей фирмы — это та доля рынка, которая была захвачена иностранными сталеплавильными фирмами»[11].

Когда управляющие ориентированы на обслуживание производства и отвергают идею о том, что рабочий «...более или менее похож на вола», тогда открывается возможность рассматривать труд как важный и почетный. Инженеры и техники могут провести часть своего времени или карьеры, участвуя в процессе производства собственными руками. Даже от управляющих, как, например, в ходе программ по переподготовке, может потребоваться, чтобы они приобрели опыт участия в действительном процессе производства. Официальный представитель профсоюза сообщил, что произошло, когда японская фирма «Санио» приобрела обанкротившуюся американскую электронную фирму в Арканзасе в 1975 г., на которой существовал профсоюз.

«Представителем рабочих в течение нескольких лет здесь являлся Международный профсоюз рабочих электротехнической промышленности. Этот профсоюз по своей активности очень напоминает профсоюз работников автомобильной промышленности. Первое, что сделала фирма «Санио», — это назначила японских управляющих, которые сразу же пригласили на встречу профсоюзный комитет.

Управляющие «Санио» заявили, что они выдвигают два требования: они хотят, чтобы профсоюзный комитет обсудил с ними производственную политику, методы производства и цели и чтобы профсоюз участвовал в контроле качества продукции от начала до конца производственного процесса, который бы гарантировал, что ни один телевизор с дефектами не выйдет за пределы завода.

Профсоюзный комитет был потрясен первым предложением и восхищен вторым. Прежние американские управляющие никогда не упускали шанса напомнить профсоюзному комитету, что производственная стратегия является прерогативой босса, одновременно закрывая глаза, когда на рынок уходили дефектные телевизоры.

Сегодня число рабочих, занятых на этом заводе, превысило 2000 человек. «Санио». несмотря на сильную «иностранную конкуренцию и, очевидно, «обремененная» своим профсоюзом, как представляется, прокладывает прибыльную дорогу в славящейся жесткой конкуренцией телевизионной отрасли...»[12]

Когда управление ориентировано на оказание услуг производству, то складываются более легкие отношения и более тесный контакт между «синими воротничками» и «белыми воротничками»[13]. Одна из обосновавшихся в. США групп японских управляющих в ходе интервью отмечает, что такие отношения «несвойственны Соединенным Штатам. В этом плане Япония является более передовой страной с точки зрения принципов демократии, чем Америка».

Когда «синие воротнички» рассматриваются жизненно важными для процветания ориентированного на производство предприятия, управляющие находят основания для объявления. «Мы предпримем все попытки, чтобы никого не увольнять; если мы столкнемся с трудностями, мы прежде всего пропорционально уменьшим зарплату всех работающих, от генерального управляющего до самого низкооплачиваемого рабочего, исключая временных рабочих. Только в случае, если и это не поможет, мы будем вынуждены прибегнуть и увольнению»[14].

И наоборот, если управление функционирует, ориентируясь в первую очередь на прибыли и власть, оно готово прибегнуть ко всему набору средств, которые я описал выше.

Сталеплавильная отрасль промышленности дает прекрасные примеры обоих главных стилей управления. С 1980 по 1982 г. «Ю. С. стил корпорейшн» отказывалась иметь дело с консорциумом из представителей рабочих и местного населения, который был создан в Янгстауне, штат Огайо, с целью купить у корпорации ее бывший завод стального листа и труб. Высшее управление «Ю. С. стил» отказалось сделать что-либо, чтобы облегчить переход завода в руки профсоюза и местного населения, причем, если бы завод был продан, консорциум получил бы какую-то правительственную субсидию. Переговоры были окончательно завершены 28 апреля 1982 г., когда четыре доменные печи янгстаунского завода были взорваны по решению управления фирмы, а средства массовой информации США показали этот спектакль всей стране.

Этот эпизод вызывает в памяти высказывание Томаса Грэма из «Джоунс энд Лафлин стил корпорейшн»: «Вы не перегнете палку, если скажете, что сталеплавильный бизнес является более тоталитарным, чем прусская армия»[15].

На предприятиях своей собственной фирмы Грэм создал новый стиль отношений между управляющими и рабочими. Совершив нечто, что считалось бы «совершенно чужеродным для сталеплавильной промышленности США всего лишь десятилетие назад», директор-распорядитель крупного завода корпорации «Джоунс энд Лафлин» пригласил рабочих на встречу, в ходе которой директор завода «убедил их, что хочет, чтобы они помогли управлению повысить темпы производства»[16].

Хотя в любых управленческих организациях имеет место та или иная степень иерархичности, структуры, ориентированные в первую очередь на обслуживание производства, как представляется, функционируют со значительно меньшим числом бюрократических уровней. В таких структурах авторитет управляющего завоевывается тем, что он делает полезную работу. Такие управляющие готовы сотрудничать с профсоюзами в различных формах «участия занятых» в принятии решений, а связи управленческой иерархии здесь ослаблены с целью обеспечения сотрудничества в деле совершенствования производства. В таких организациях управляющие, ответственные за производство, обычно имеют высокий статус.

Среди управляющих, которые в первую очередь ориентированы на сочетание прибыли и власти, статус в первую очередь приобретается за счет подчинения людей и распространения власти над ними. Трудно не согласиться с тем утверждением, что «управление производством имеет самый низкий функциональный статус в большинстве компаний США»[17].

Управленческий императив по расширению власти принимать решения может облекаться в различные формы. Некоторые управляющие способны так продумать свои функции по обслуживанию производства, что берутся за осуществление новых административных функций. Изучающие международную практику управления отмечают, что для японских администраторов не является необычным приобретение опыта «синих воротничков» прямо в цехах или прохождение ученичества на более низких административных постах[18]. Управляющие, воспитанные в такой традиции, признают возможность принятия решений самими рабочими и сотрудничают с профсоюзами, не боясь за свой авторитет. Они также готовы исследовать различные пути сокращения затрат и упрощения управленческих структур. Так, например, Доналд Петерсон, президент «Форд мотор компани», объясняет рост управленческого персонала американских корпораций недоверием управляющих высшего звена к управляющим среднего уровня. На основании своего исследования управления в японской фирме «Тоёта» Д. Петерсон пришел к выводу, что «высшие администраторы в Японии доверяют своим рабочим и предполагают, что они делают свою работу самым лучшим образом. В США, напротив, администраторы высшего эшелона предполагают, что они не могут доверять своим подчиненным, и поэтому добавляют новые уровни служащих для контроля линейных операторов. Результатом является конфронтация, задержки в принятии решений, взрывной рост производственных затрат и деградация бизнеса. В своей борьбе за власть управленческий персонал часто игнорирует проблемы бизнеса, изыскивая наилучшие решения для самих себя, вместо того чтобы искать самые лучшие решения с точки зрения компании»[19].

В предприятиях, ориентированных на производство, разрыв в заработной плате рабочих и жалованье управляющих обычно меньше, чем в компаниях, озабоченных в первую очередь прибылью и властью. Президент японской фирмы «Сони» предложил, «чтобы директорам-распорядителям американских корпораций выплачивалось более скромное жалованье. Я читал в журнале «Форчун», что среди 100 ведущих компаний президенты получают в год примерно 600 тыс. долл., включая бонусы. Такое жалованье подходит для певца или киноактера, но не для руководителей деловых фирм»[20]. Руководство, ориентированное на производство, готово выплачивать бонусы каждому в фирме — как производственным рабочим, так и управляющим высшего эшелона. В таких организациях сокращение зарплаты и жалованья или увольнение рабочих не происходит без того, чтобы на плечи управляющих не падало такое же бремя. В 1981 г. японская компания «Марузен ойл» объявила, что «она должна уволить 1200 из 4600 рабочих». Однако, прежде чем произвести это увольнение, «компания предприняла несколько других шагов в целях экономии, включая сокращение жалованья своих администраторов наполовину»[21]. Нам говорят, что «готовность японских корпораций сохранять рабочих на содержании своей фирмы зачастую рассматривается как социальная странность, как пережиток феодальной эры, напоминающей обязательства вассала своему самураю. Но в действительности это относительно новый момент, который является результатом озабоченности японских работодателей проблемой привлечения и удержания квалифицированных рабочих»[22].

Контраст с практикой управляющих, наркотически приверженных к прибылям и власти, зачастую принимает драматические формы. Несколько недель спустя, после того как «Дженерал моторс» подписала контракт на 1982 г. с профсоюзом рабочих автомобилестроительной промышленности, который включал длинный перечень существенных уступок профсоюза в отношении заработной платы и других условий работы, корпорация объявила о планах изменения основ начисления бонусов для управляющих, выплачиваемых в условиях более низкой нормы прибыли[23]. Помимо денежных выплат и дополнительных льгот, управляющие могут теперь получать и «психологический доход» от преследования своих целей по увеличению прибылей и усилению власти; главным образом это привилегии роста статуса и возможностей распоряжаться большим числом людей. И напротив, управляющим, стремящимся в первую очередь к обслуживанию производства, дается право на «психологический доход», содействующий полезному труду.

Есть и еще один способ различия характерных признаков двух типов управленческих устремлений. Промышленные управляющие должны непрерывно принимать решения о том, что производить, как осуществлять работу, какие назначать цены и как распределять продукцию. Существуют острые различия в том, каким образом подходить к этим проблемам, даже если оба стиля управления зависят от рыночной системы в отношении окупаемости капиталовложений и производственных затрат.

Управляющие, ориентированные в первую очередь на обслуживание производства, выбирают продукцию с прицелом на долгосрочную прочную позицию на рынке. Это означает выбор и конструирование товаров, которые привлекут более или менее постоянный круг покупателей и обеспечат для последних приемлемое качество. Такая продукция, будучи предложена по конкурентоспособным ценам, гарантирует долговременную стабильную долю на рынке. Это в свою очередь становится основой для планирования и организации стабильной производственной системы, нацеленной на минимизацию производственных затрат и качественную продукцию. Непрерывная переоценка и замена производственного оборудования стимулируются благодаря относительно длительному периоду его окупаемости. Условия в производственных цехах регулярно исследуются на предмет их совершенствования, исходя из понимания, что рабочие представляют собой «человеческий капитал» и что предприятие лишь выиграет от сотрудничества с ними и повышения их квалификации. Контроль качества продукции зачастую нацелен на «полное отсутствие дефектов»,и, хотя эта цель никогда не достигается, она служит стимулом для непрерывного совершенствования методов производства и продукции, и к ней приближаются все ближе и ближе. Упор на стабильную производственную систему открывает возможности для значительного повышения производительности капитала и труда. В таких рамках производственное оборудование и методы организации пересматриваются и совершенствуются в интересах повышения производительности и сокращения производственных издержек.

В организациях же, ориентированных в первую очередь на служение прибылям и власти, превалирует противоположный комплекс производственных критериев. В качестве способов извлечения быстрой прибыли на вложения в основной и оборотный капитал широко используются перекладывание издержек на потребителя и максимизация издержек, в то время как ценообразование и методы распределения продукции приспособлены к быстрой отдаче на капитал и максимизации краткосрочной прибыли. Этому подходу соответствует стратегия сбыта, которую, например, проводят в жизнь управляющие автомобилестроительных компаний США, заключающаяся в: том, чтобы продавать, продавать и продавать, игнорируя. возможность драматического разрастания количества функционально непригодных товаров.

Управляющие, ориентированные на прибыли и власть, как правило, готовы к увольнению производственной рабочей силы и ограничению капиталовложений, с тем чтобы минимизировать денежные отчисления. В то же время такие управляющие готовы объявить отдельные производственные предприятия «неэкономичными», закрыть их в перевести финансовый капитал куда-то в другое место, избегая тем самым трудоемкой работы по изменению методов производства и организационных структур.

В противопоставление этому методу проф. Роберт Г. Хэйес из Гарвардского университета изучал, как работают японские предприятия, и сообщил о результатах своего исследования в работе «Как работают японские предприятия»[24]. Хэйес обнаружил, что «современное японское предприятие не является, как считают многие американцы, прототипом предприятия будущего... Дело обстоит совсем не так, и именно поэтому американцам гораздо труднее скопировать такое предприятие; это предприятие сегодняшнего дня, функционирующее именно так, как это необходимо сегодня». Подробности исследования Хэйеса иллюстрируют систематическое внимание, уделяемое на японских предприятиях качеству продукции, минимизации складских запасов, функционированию стабильной производственной системы, тщательному бухгалтерскому учету, разделению прибыли между всеми участниками производства, бросающемуся в глаза сотрудничеству в вопросах производства между управляющими, инженерами и производственными рабочими. Хэйес еще раз подтверждает, что производственные методы в крупных промышленных фирмах Японии отражают приоритетное внимание управляющих к производству.

Доклад Харбура об автомобилестроительной отрасли промышленности (см. гл. 10) и доклад Хэйеса важны, потому что они совершенно ясно показывают, что поразительный рост производительности и сопутствующие производственные цели в японском промышленном капитализме исчерпывающим образом объяснимы и прямо зависят от методов, используемых в производстве, и в первую очередь от управленческих критериев принятия производственных решений. Эти факторы, а отнюдь не специфические особенности «японской» культуры и объясняют японские достижения. Отсюда следует, что подобные производственные методы и результаты с очевидностью достижимы и в тех американских фирмах, которые придадут наивысший приоритет проблемам производства. Такой пример мы видим в стиле функционирования компании «Тексас инструментс». Эта базирующаяся в Далласе, штат Техас, электронная фирма является мировым лидером в исследованиях, разработке и производстве полупроводников, калькуляторов, цифровых часов и огромной массы других видов новейшей электронной продукции. Фирма организует своих служащих в бригады, которые участвуют в «планировании и контроле своего собственного труда с целью повышения производительности». Эта компания является классическим примером технических нововведений и в конструировании продукции, и в методах производства, в результате чего ручные калькуляторы устойчиво повышающегося качества и потенциала предлагаются по устойчиво снижающимся ценам[25].

Информация о ведущих американских отраслях, где возникли серьезные производственные проблемы, показывает, что в них нет почти никакого стремления к решительной и широкой перестройке на методы управления, целью которых является обслуживание производства. Когда в этом направлении предпринимаются какие-то шаги, то они по большей части рассматриваются как чрезвычайные меры по повышению производительности на отдельных предприятиях. «Дженерал моторс», например, проделала именно это в начале 80-х годов. На производственных предприятиях, которые явно попали в беду, были созданы бригады, члены которых участвовали в разделении прибыли, а также группы по улучшению условий труда. На момент написания этой работы с этих предприятий поступили сообщения, что подобная инициатива управления и сотрудничество с рабочими принесли положительные результаты как в производстве, так и в повышении производительности труда. Однако такой специфический подход к решению вопросов производства не повлиял на общую стратегию управляющих высшего эшелона «Дженерал моторс» или каких-то других компаний. На корпоративном уровне стремление к прибылям и власти осталось непоколебленным. Это чрезвычайно важно, так как демонстрирует то упорство, с которым администраторы высшего эшелона придерживаются своего стиля управления даже в условиях, когда они терпят серьезные поражения на рынке.

Нельзя сказать, что концепция управления ради производства полностью исчезла из американской промышленности. «Тексас инструментс» и небольшие сталеплавильные фирмы служат впечатляющими примерами ее выживания[26].

Более того, несколько сотен американских фирм заключило формальные соглашения о разделении полученного за счет роста производительности дохода между управляющими, инженерами и рабочими[27]. Такие программы отражают заботу о производстве со стороны по крайней мере части управленческого звена. Есть свидетельства, что сегодня большее число американских фирм, чем когда-либо раньше, экспериментирует с «участием в управлении» своих рабочих и служащих в попытке повысить качество продукции и производительность[28]. «Участие в управлении» — это широкий термин, охватывающий значительный диапазон соглашений, которые нацелены на открытый обмен мнениями между лицами, принимающими решения, и производственными рабочими. Представляется, что управление ради производства срабатывает всякий раз, когда его пытаются применить. В 1974 г., когда японская фирма «Мацушита электрик» приобрела большой телевизионный завод американской фирмы «Моторола» во Фрэнклин Парке, штат Иллинойс, необходимо было осуществлять 1,4 регулировки или ремонта на каждый телевизор — только в этом случае можно было гарантировать качество выходящих с завода телевизоров. К 1981 г. этот показатель понизился до семи регулировок на каждые 100 телевизоров[29]. Такие же перемены произошли и на телевизионном заводе, купленном японской корпорацией «Сони» в Уэльсе, Великобритания. И здесь, оказавшись в промышленной ситуации, характеризующейся относительно низкой производительностью и прибылью, ориентированные на производство управляющие фирмы «Сони» превзошли британские компании. Но у японцев нет секретных средств. Они просто-напросто создают такую атмосферу, когда и управляющие, и рабочие разделяют одинаковые критерии, в то время как на соседних заводах, функционирующих в соответствии с обычными критериями прибыли и власти, «служащие разделены по меньшей мере на полдюжины групп в соответствии со своим рангом». По словам одного рабочего фирмы «Сони»: «Управляющие здесь ориентированы больше на рабочих. Мы можем относиться к ним, как к нормальным людям, а не как к боссам»[30].

Создание групп по улучшению условий труда на многих предприятиях и в конторах является одной из попыток управления улучшить производительность путем признания, что люди предпочитают трудиться в самоуправляемых бригадах и что производственные рабочие имеют полезные идеи относительно выполнения своей работы, причем им нравится совместно решать производственные проблемы. Опытные консультанты в этой сфере управленческой практики отмечают, однако, что участие в управлении зачастую «выливается в приказание средним и низшим уровням со стороны высшего эшелона администраторов организации. Но ничего не делается ради управляющего на среднем уровне, который в свою очередь губит всю программу»[31]. Сопротивление управляющих среднего звена любому разделению власти продолжается, несмотря на усилия консультантов создать у этих управляющих уверенность в том, что «группы по улучшению условий труда должны образовать новый тип «параллельной организации», который может функционировать параллельно с обычной, иерархической многоуровневой линейной организацией, которая доказала, что является абсолютно надежным средством для выполнения рутинных задач, все параметры которых определены. Параллельная организация обеспечивает рамки участия рабочих в решении проблем и не мешает установившейся организационной структуре, которая занята рутинными операциями»[32]. Несмотря на эти увещевания и вероятность того, что сотрудничество в принятии решений может содействовать росту производительности, такое «демократическое» расширение процесса принятия решений является анафемой для управляющих, остающихся приверженцами решительного отделения принятия решений от производства.

От опытных американских рабочих — членов профсоюзов и от местных профсоюзных руководителей я узнал, что во многих американских компаниях группы по улучшению условий труда образованы менеджерами в качестве средства организации рабочих в группировки, изолированные от профсоюзов. Когда эти группы используются в качестве нового инструмента непрерывной борьбы управляющих против власти принятия решений со стороны профсоюзов, реакция профсоюзов предсказуема и маловероятно, что они вызовут продолжительное улучшение в условиях труда или производительности.

В японской автомобилестроительной отрасли промышленности тщательно продуманные кружки качества продукции, системы официальных консультаций между рабочими и управляющими и высокопроизводительная стабильная производственная система не появились на свет легко и случайно. После второй мировой войны имел место длительный период интенсивной борьбы между управляющими и рабочими в этой отрасли. Забастовки, локауты и производственный саботаж были привычными явлениями. Затем в ходе экономического кризиса в 1954 г. рабочие и управляющие образовали консультативные группы во время ведения острых переговоров по поводу заключения коллективных договоров. По мнению одного официального представителя профсоюзов: «Консультативная система служит цели увеличения «пирога», плодов компании, в то время как коллективный договор преследует цель разделения этого «пирога» с выгодой для членов профсоюзов»[33].

Идея и практика такого управления промышленными предприятиями, когда первоочередное внимание уделяется производству, со всей очевидностью являются международными, а не свойственными какой-либо одной нации. Однако в те самые послевоенные годы, когда японская промышленность искала пути и методы управления, с помощью которых можно было бы оптимизировать производительность труда и капитала, управляющие американской промышленности, оказавшись, как им казалось, у порога материального изобилия, укрепляли свой статус путем накопления денег и усиления власти. Не вызывает большого удивления тот факт, что к 1982 г. было невозможно найти отдельную крупную американскую промышленную фирму, которая воплотила бы фундаментальные изменения стратегии, необходимые для перехода от честолюбивых устремлений к прибыли и власти к обслуживанию производства. И до тех пор, пока финансовый капитал будет сохранять свою мобильность, управляющие высшего эшелона крупнейших промышленных фирм США сохраняют в своем распоряжении пути к отступлению: они могут переместить свои средства в другие отрасли, в другие районы, в другие формы капиталовложений, не связанные с производством. Они вообще могут вывезти свои капиталы из Соединенных Штатов.

Но у производственных рабочих и инженеров (а также у некоторых близких к производству управляющих) такой альтернативы нет, поскольку их квалификация, полезная с точки зрения производства, при отсутствии последнего не имеет никакой ценности. Поэтому стратегия управления, которая создает производственную некомпетентность и включает закрытие американских промышленных предприятий и перевод капиталов за океан, оставляет производственных рабочих и инженеров без всяких экономических перспектив.

Суть моего доказательства сводится к тому, что со стороны самих управляющих невозможно ожидать разумно обоснованного сдвига концепций в сторону производственных приоритетов. Когда людей учат рассматривать весь мир как арену для сохранения и усиления своей власти принимать решения, то для изменения этой точки зрения необходима серьезная человеческая перестройка. Статус, самомнение и специфические способности к труду переплетены здесь воедино. Сильный стимулирующий эффект создается еще и потому, что большие группы людей действуют подобным образом уже длительное время и поскольку такому стилю организационного функционирования обеспечена институциональная поддержка в форме различных вознаграждений, таких, как престиж ведущих факультетов, обилие журналов и другой литературы, которые без устали возвеличивают и утверждают цели и критерии управления ради прибылей и власти. Так как ситуация именно такова, то новый подход к целям производства и производительность в американской промышленности должен сложиться в первую очередь вне самого промышленного управления.

Американские рабочие и их профсоюзы, как правило, функционируют в соответствии с комплексом правил, установленных для них промышленным управлением. Управляющие собрали капитал, приняли решение, где и когда вкладывать эти средства, выбрали продукцию и методы производства, установили цели и условия в методах распределения продукции. В рамках этих решений как отдельные, так и организованные в профсоюзы рабочие решают с управляющими вопросы о заработной плате и условиях труда. Конечно, достигнутые соглашения становятся важными лимитирующими факторами для управляющих, но управляющие остаются инициаторами решений о капиталовложениях, размещении предприятий, выпускаемой продукции и ценах. В действительности особенно начиная с 40-х годов, коллективные договоры с профсоюзами включают пункты о «прерогативах управления», в которых оговаривается, что ни один пункт в договоре не должен пониматься так, будто он подрывает право управляющих на руководство.

Это «право управлять» не оспаривается ни одной группой по улучшению условий труда или соглашениями об участии в управлении, заключаемыми между менеджерами и профсоюзами. Эти нововведения в отношениях между рабочими и управляющими, какими бы конструктивными они ни были, ограничиваются решением проблем, связанных непосредственно с производством. Решения о вложениях капитала, открытии или закрытии предприятий, найме или увольнении рабочих, как правило, находятся в руках управляющих заводов. Наблюдатели отмечают, например, что в «Дженерал моторс» цель совместного решения проблем ограничена главным образом сборкой автомобилей. Более масштабные, формирующие всю организационную структуру решения резервируются за управляющими, которые председательствуют в главной штаб-квартире «Дженерал моторс» и других фирм[34].

Тем не менее, когда дело доходит до установления подходящих целей функционирующих промышленных предприятий, идеи организованных американских рабочих сильно отличаются от идей управляющих. Это проявилось в довольно острой форме, когда рабочие янгстаунского завода стального листа и труб объединились с представителями общины в попытке купить и снова вернуть в строй этот завод, принадлежавший компании «Ю. С. стил» и закрытый ею. Роберт Васкез, председатель местного отделения № 1130 Объединенного профсоюза сталелитейщиков Америки, выразил позицию профсоюзов следующим образом:

«На каком основании мы думаем, что способны управлять прокатным станом в Янгстауне, когда от этой идеи отказалась «Ю. С. стил»?

Во-первых, мы верим, что наши рабочие будут работать более производительно, потому что каждый будет владеть собственной частью бизнеса и потому что управление будет внимательно прислушиваться к рабочим. Никто не знает сталеплавления лучше, чем сталеплавильщики, и мы будем следовать предложениям рабочих о том, как повысить эффективность, к чему редко прибегали управляющие корпорации.

Во-вторых, мы не чувствуем никакой необходимости закрыть завод только потому, что мы не приносим 15%-ной нормы прибыли на капиталовложения. Поскольку наша главная забота заключается в создании рабочих мест, а не максимизации прибылей, наши акционеры будут удовлетворены и гораздо более низкими прибылями.

В-третьих, мы будем технически обслуживать и модернизировать наши заводы — что отказывалась делать «Ю. С. стил», потому что она была в первую очередь озабочена тем, как обеспечить своих акционеров краткосрочной прибылью, вместо того чтобы вновь вкладывать средства в поддержание долгосрочной конкуренции. Мы не будем делать капиталовложения в химическую отрасль или в недвижимость, как это делала «Ю. С. стил»; мы будем вкладывать наш капитал таким образом, чтобы наши прокатные станы наверняка могли конкурировать с западноевропейскими и японскими»[35].

По мере того как один профсоюз за другим по всей стране и во многих отраслях сталкивается с перспективой постоянной безработицы, причиной которой является техническая и экономическая неспособность управляющих организовать работу или претензии управляющих на делание денег без производства, профсоюзы поневоле расширяют свое поле деятельности. Они более не могут доверять управлению решение производственных вопросов, поскольку управляющие наверняка решат их в своих собственных интересах. В 1982 г. представители профсоюзов были вынуждены заявить, что «профсоюзы более не могут позволить себе роскошь защиты своих интересов путем устранения от проблем управления. Благополучие членов профсоюзов теперь требует, чтобы профсоюзы знали достаточно об искусстве и науке управления, для того чтобы распознавать мотивы и варианты выбора управляющих и предлагать свои альтернативы. Нравится это или нет, но управление стало делом рабочих»[36].

На этом основании легко предсказать, что промышленные рабочие через свои профсоюзы будут требовать все большей ответственности и власти в делах по принятию все более важных решений в отношении своих отраслей промышленности. Тот факт, что президент Объединенного профсоюза работников автомобильной промышленности заседает в правлении «Крайслер корпорейшн», является не более чем тривиальной уступкой с целью заручиться поддержкой этого профсоюза по отношению к высшим управляющим обанкротившейся фирмы. Международная ассоциация машиностроителей и рабочих авиакосмической отрасли начала предлагать членам этого профсоюза пройти курс по вычислительной технике и методам планирования предприятий.

Строительные профсоюзные организации, традиционно самые консервативные в АФТ—КПП, объединяются с промышленными профсоюзами с целью повлиять на государственную политику в отношении процентных ставок. Поскольку все виды частного строительства приходят в упадок от высоких затрат на заем денежных средств, профсоюзы действуют совместно с целью продвинуть представителей рабочих, фермеров и потребителей в совет управляющих Федеральной резервной системы США, решения которой напрямую определяют уровни процентных ставок.

Профсоюзы начинают понимать, что тот, кто контролирует финансовый капитал, держит в своих руках ключ к производственным решениям. Наблюдая, с какой легкостью управляющие закрывают предприятия и перемещают финансовые средства из отрасли в отрасль, из штата в штат, из страны в страну, рабочие и их профсоюзы задают вопросы о том, как контролируется финансовый капитал и — еще более конкретно — как контролируется заемный капитал, накопленный в их собственных пенсионных фондах.

В совокупности пенсионные фонды лиц наемного труда в США, как частные, так и государственные, членов профсоюзов и не членов профсоюзов, рабочих и управляющих, выросли к 1982 г. примерно до 600 млрд. долл. В 1978 г. примерно 200 млрд. из этих фондов было вложено в акции американских корпораций и составляло от 20 до 25% ценных бумаг фирм, перечисленных в списках главных фондовых бирж. Очевидно, что финансовый капитал пенсионных фондов — т. е. деньги американских рабочих — владеет крупной долей акций гигантских корпораций, но не участвует в контроле над ним. Эти 200 млрд. долл. в частных пенсионных фондах, представляющие собой сбережения 19 млн. членов профсоюзов, а также государственные пенсионные фонды правительственных служащих северо-восточных и среднезападных штатов контролируются главным образом банками и холдинговыми фирмами, которые действуют в качестве доверенных лиц этих фондов, или же управляющими фирм, рабочие и служащие которых являются будущими получателями пенсий. Новое состоит в том, что профсоюзы стали все более активно интересоваться механизмом принятия решений. который обеспечивается этими фондами и которым сегодня часто пользуются, чтобы усилить фирмы, где деятельность профсоюзов запрещена, или чтобы перемещать финансовый капитал из Соединенных Штатов, разрушая тем самым возможности для повышения уровня жизни американских рабочих. Представители властей северо-восточных и среднезападных штатов обеспокоены тем, что банки используют пенсионные фонды рабочих этих регионов для новых капиталовложений в штатах «Солнечного пояса».

Краеугольным камнем здесь является политическая и экономическая власть огромных масштабов. Еще в 1946 г. в ходе сенатских дебатов по поводу законодательства, предназначавшегося для ограничения контроля профсоюзов над пенсионными фондами, сенатор Гарри Бирд объявил: «Я стараюсь предотвратить попытку представителей профсоюзов использовать эти платежи для создания фондов, над которыми не будет иметь контроля никто, кроме профсоюзов. Я должен признаться, что, если этому будет позволено осуществиться, профсоюзы станут настолько мощными, что с ними не сможет справиться ни одно организованное правительство»[37].

Специалисты в этой области приходят к оценке, что пенсионные фонды, представляющие сбережения 60% лиц, занятых в частных фирмах, которые являются к тому же членами профсоюзов, составляют «по крайней мере 45% всех частных пенсионных активов»[38]. Этот объем финансового капитала представляет огромный потенциал власти в механизме принятия решений. Стремление членов профсоюза взять этот контроль в свои руки будет определенно усиливаться, по мере того как управляющие будут демонстрировать свою некомпетентность или безразличие к задачам организации производительного труда.

Если профсоюзы обретут власть принимать решения в отношении важных составляющих финансового капитала, можно будет ожидать, что концепции типа «норма прибыли на капиталовложения» претерпят изменения. Для промышленных рабочих с их усиливающимся правом голоса на всех уровнях принятия решений относительно производства «прибыль» должна подразумевать хорошие условия работы, справедливую заработную плату, участие в принятии решений относительно производства, передачу часть финансовых средств в районы их проживания и общие последствия для их экономического благосостояния. Рабочие, и в особенности организованные рабочие, хорошо подготовлены к тому, чтобы оценить социальную норму прибыли на капиталовложения.

Шаги в этом направлении также подразумевают коренные изменения в возможностях мобильности капитала, в которую сегодня вовлечены конгломераты и многонациональные корпорации. Невероятно, например, чтобы во всех отношениях прекрасное производственное предприятие, обеспечивающее средства проживания для рабочих, было бы закрыто просто потому, что его процентная норма прибыли на капиталовложения оказалась меньше, чем рыночные процентные ставки на заемный капитал в этот период времени.

При наличии постоянной крупномасштабной военной экономики федеральное правительство скорее всего останется самым крупным заемщиком в стране, поддерживая тем самым высокие процентные ставки на рынках финансового капитала. Одно из следствий такого положения дел состоит в практическом исчезновении надежного и стабильного рынка облигаций, который в течение длительного времени обеспечивал средства для частных и государственных капиталовложений при относительно низких процентных ставках. Экономисты отмечают, что отсутствие этого надежного источника капиталовложений оказало серьезный отрицательный эффект на частные и государственные капиталовложения. Именно здесь и могли бы сыграть свою историческую роль финансовые фонды для капиталовложений под контролем профсоюзов. Поскольку их концепция приемлемой нормы прибыли на капиталовложения включает занятость в полезных сферах деятельности и все связанные с этим последствия, ссудный процент, зарабатываемый на операциях с этими фондами, перестает быть решающим критерием. Таким образом, пенсионные фонды рабочих являются потенциально базой заемного капитала для новых производственных капиталовложений в американскую экономику.

Предполагая заинтересованность рабочих в производственной занятости, а также широкий интерес общества к восстановлению потерянной способности организовываться с целью полезного труда, трудно не сделать вывод, что для восстановления эффективности промышленности обязательным фактором становится распространение демократии на рабочих местах и что контроль трудящихся над финансовым капиталом наряду с более веским голосом в принятии производственных решений является предварительным условием ускорения производственных капиталовложений.

Будучи конструкторами продукции и производственных систем, инженеры жизненно необходимы для промышленных отраслей экономики Соединенных Штатов. Тем не менее их позиция в отношении положения управляющих и рабочих двусмысленна. Превалирующая корпоративная точка зрения сводится к тому, что инженеры являются «частью управления». Именно этому инженеров и учат на технических факультетах, и именно этого они ожидают, когда приходят на работу. Поступая в промышленную фирму, молодой инженер довольно быстро обнаруживает, что между ним и «синими воротничками» воздвигнуты определенные барьеры. Одной из ступеней этого различия является противопоставление школьного диплома диплому об окончании колледжа. Частично существует и реальное различие в знаниях, особенно способность использовать данные математики и точных наук. Но еще более глубокое различие проведено стремлением управляющих удержать инженеров в рамках своего собственного класса. К тому же правила и традиции профсоюзов зачастую запрещают доступ к ручному труду для всех, кроме лиц специфических профессий.

Профессиональные перспективы инженерного труда также зачастую крайне сомнительны. Хотя их и объявляют «частью управления», инженеры редко оказываются действительно в управленческой иерархии. Поэтому они вынуждены искать другие пути для возможного продвижения вверх и, как правило, обладают незначительной прямой властью принятия решений относительно производственной технологии или продукции, поскольку право окончательных решений резервируется непосредственно за управленческими профессиями. Поэтому инженеры оказываются отчужденными как от «синих воротничков», так и от управленческих профессий. Эту изоляцию в некоторой степени преодолевают инженеры, работающие в крупных научно-исследовательских и конструкторских отделах. Но в таком случае они зачастую организованы в мелкие иерархические подразделения. Результатом этого, особенно заметным в авиакосмической и сходных с ней отраслях, является типичная картина многочисленных рядовых инженеров, склонившихся над чертежными досками в помещениях конструкторских бюро, занимающих многие гектары. Многие инженеры не хотят работать в таких условиях и основывают самостоятельные деловые предприятия.

Перспективы для инженера много лучше в тех предприятиях, где приоритет отдается производству и где диплом об окончании колледжа не запрещает инженеру участвовать в работе цеха. В этих условиях становится возможным участие в производственной работе, что делает формальные инженерные задачи более интересными. «Горизонтальное» разнообразие трудовых заданий может обеспечить преодоление рутинных производственных проблем и удовлетворение от их решения независимо от того, происходит ли при этом продвижение внутри управленческой иерархии. Перспективы инженерного труда сильно улучшаются, когда инженеры вовлекаются в реализацию критериев вроде тех, которые упоминались в «Техническом билле о правах» (см. гл. 7). В этом случае инженер стоит перед необходимостью вносить усовершенствования в качество труда, рабочих мест и продукции. В то же время его техническая подготовка приобретает большую ценность для всех рабочих, поскольку он может взять на себя ответственность за техническое обучение, которое повышает их квалификацию. К тому же, специальные знания инженера обязательно понадобятся, если рабочие участвуют в принятии производственных решений.

Может ли действовать демократия на рабочих местах? Когда трудящиеся активно участвуют в принятии решений относительно своего собственного труда, будет ли в результате иметь место уменьшение или увеличение производительности? Ниже проводятся результаты некоторых докладов, независимых один от другого, об опыте нескольких фирм из самых разнообразных сфер производства и несвязанных между собой видов продукции.

В начале 70-х годов «Дженерал фудз корпорейшн» попыталась ввести в строй предприятие по производству пищи для собак в Топеке, штат Канзас, применив систему организации труда и принятия решений, в соответствии с которой устранялось несколько уровней управляющих, а также инспекторов, а рабочая сила подразделялась на три главные группы: по переработке, упаковке и отгрузке — и, кроме того, конторской работы. Каждая сфера была отдана бригаде рабочих, которые совместно несли полную ответственность за принятие решений в отношении всех операций и которые могли меняться рабочими местами между собой. Каждую бригаду возглавлял «лидер», который действовал скорее как инструктор, чем как бригадир. Были устранены все виды штатных различий: все пользовались одним и тем же входом, не было никаких специально зарезервированных мест для парковки автомобилей некоторых управляющих и т. д.

Система сработала. За четыре года стоимость единицы продукции была уменьшена на 5%, что означало для всей фирмы ежегодное сбережение 1 млн. долл. Текучесть кадров резко сократилась, и завод работал три года и восемь месяцев, прежде чем произошел первый прогул. Очевидно, что система оказалась экономическим успехом, «но она же стала и борьбой за власть. Она испугала слишком многих людей». Бывший работник этого завода заявляет: «Давление на нас оказывалось почти с самого начала задумки всего предприятия, и не потому, что эта система не работала. Основной причиной была власть». Скоро стало очевидно, что «некоторые управляющие и другой административный персонал посчитали свое положение под угрозой, потому что рабочие выполняли их функции почти так же хорошо... Юристы, опасаясь реакции со стороны Национального совета по трудовым отношениям, высказались против идеи разрешить членам бригад решать вопросы об увеличении жалованья. Управляющие-кадровики протестовали, поскольку члены бригад сами принимали решения о найме рабочей силы. Инженеры возражали против того, чтобы рабочие делали инженерную работу»[39]. В конце концов штаб-квартира фирмы положила конец всему этому эксперименту, при котором рабочие сами принимали решения о распределении работы, устанавливали время перерывов для кофе, опрашивали вновь поступающих на работу и принимали решения об увеличении зарплаты. К 1977 г. управление «Дженерал фудз корпорейшн» запретило дальнейшую публикацию новостей о предприятии в Топеке и больше не позволяло репортерам деловой прессы посещать этот завод.

Благодаря исследованию Джеймса О'Тула у нас есть серия интересных сообщений об организации демократии на рабочих местах в нескольких фирмах. Нижеследующее изложение основывается на пересказе этим исследователем своих наблюдений, начавшихся в 1977 г. в отделении химической переработки сырья одной крупной промышленной фирмы[40].

Когда одна крупная американская корпорация открыла новый химический завод в Техасе в 1977 г., управляющие пришли к выводу, что для поддержания производительности на оптимальном уровне существенно важным было такое положение, чтобы 300 рабочих могли легко подменять друг друга на своих рабочих местах. Но взаимозаменяемость рабочих мест не соответствовала давно установившимся традициям и правилам классификации квалификаций и рабочих мест, которые охранялись профсоюзом рабочих, в данном случае Объединенным профсоюзом сталелитейщиков Америки.

Понятно, что управляющие компании и представители профсоюзов поразили друг друга, когда обменялись взглядами о возможных путях решения этой проблемы. После длительных обсуждений был заключен контракт, который с точки зрения профсоюза был прогрессом в сфере промышленной демократии (устранение отношений «хозяин — слуга») и включал «право рабочих участвовать в управленческих решениях и в прибылях компании».

Условия этого соглашения включали «положения, которые вряд ли имели прецедент в напряженной истории американских трудовых отношений:

отсутствовало соглашение об увольнениях;

не было установлено рабочего графика;

компания не выдвигала никаких особых правил внутризаводской жизни;

бригадиры не имели права распределять рабочие задания или наказывать рабочих;

единственная дисциплинарная мера, которая имелась в распоряжении компании, заключалась в том, что она могла отправить рабочего домой (но должна была продолжать выплачивать ему деньги, и рабочий считался невиновным, до тех пор пока не доказывалась его вина);

была принята единая система классификации заработной платы для всех производственных рабочих и единая система классификации заработной платы для всего технического обслуживающего персонала».

В контракте предусматривались условия решения возникавших технических и организационных проблем.

Обычные жалобы и связанные с ними процедуры казались неподходящими, поскольку завод «управлялся демократическим образом несколькими совместными комитетами из управляющих и рабочих». В каждом цеху завода были образованы комитеты по решению спорных проблем, а также заводские комитеты, обладавшие властью решать любые вопросы по своему усмотрению «Комиссия по обеспечению безопасных условий труда на заводе не только устанавливает правила, но и имеет власть выделять средства с целью улучшения физических условий труда». Имелся даже пункт о «горячей линии связи» между штаб-квартирами профсоюза и корпорации на случай возникновения «необычных проблем».

С точки зрения менеджеров организация труда в рамках «самоуправляемых бригад», ответственных за свои производственные задания, позволила достичь необычайного уровня производительности, намного превышавшего тот, «который предсказывали инженеры, исходя из мощностей используемой техники и технологии». Джеймс О'Тул сообщает, что «компания тем не менее проводит политику полного раскрытия перед рабочими и профсоюзом всей управленческой и финансовой информации».

Все это со всей очевидностью удовлетворяло и рабочих, и управляющих. После двух с половиной лет функционирования в таком режиме прогулы и текучесть кадров на заводе сократились почти до нуля, несмотря на большое число очень молодых рабочих.

К середине 1981 г. рабочие и управляющие отделения «Бьюик» корпорации «Дженерал моторс» извлекали очевидные выгоды из применения управляющими программы улучшения условий труда. Для автомобилестроительных рабочих это означало трансформацию из простых исполнителей приказов бригадира в ответственных за принятие и реализацию решений относительно многих сторон своей трудовой деятельности. Станочники могли регулировать рабочие инструменты своего оборудования, не ожидая вмешательства специалистов. Они могли отказываться обрабатывать бракованные материалы и продукцию и могли останавливать сборочный конвейер и другие линии с целью предотвращения выпуска бракованной продукции. Тщательное инспектирование их труда бригадирами было резко уменьшено, и был заметно снижен объем работы строго по часам. Более того, рабочие могли принимать бригадные решения о том, как распределять работу между собой. Многие из рабочих почувствовали, что в их жизни произошла крупная перестройка. Один рабочий предпочел остаться на работе, вместо того чтобы уйти на пенсию, на которую он получил право, чтобы работать по-новому. Этот человек сказал, что после 32 лет «абсолютного молчания по поводу того, как надо делать мою работу», он нашел новое соглашение «фантастическим»[41]. В то же время руководство фирмы «Бьюик» извлекло выгоды из резко уменьшившегося количества прогулов и почти полного прекращения жалоб профсоюзов на заводе наряду со значительным снижением производственных затрат, что сделало заводы этого отделения предпочтительным местом производства запчастей, которое ранее намеревались организовать в других отделениях «Дженерал моторс»[42].

Эти материалы иллюстрируют общие характеристики предприятий, где трудящиеся обрели определенную долю права. принятия решений в отношении своего собственного труда. Почти без исключения сообщения с различных предприятий, отраслей и стран сходны в одном: производительность труда и капитала имеет тенденцию к устойчивому росту. Эти эффекты, как правило, сопровождаются улучшением трудовой морали, что выражается в удовлетворении от работы и объективных данных о снижении текучести кадров, в уменьшении прогулов и значительном сокращении числа жалоб по вопросам условий труда. Эти выводы сегодня подтверждает обширная литература[43].

В 1982 г. в собственности самих трудящихся находилось 5 тыс. американских предприятий. Одним из самых последних и самых крупных предприятий, которые стали собственностью рабочих, является предприятие «Хайатт-Кларк индастриз», которое раньше, будучи отделением фирмы «Дженерал моторс», называлось «Хайатт бирингз». Этим предприятием с января 1982 г. владеют работающие на нем, главным образом «синие воротнички», которые выкупили его за 53 млн. долл. Новое руководство действует, отступив от старомодных управленческих традиций, и здесь также существует комитет «синих» и «белых» воротничков численностью 25 человек, ответственный за подготовку инспекторов продукции и помогающий в решении текущих проблем. Новый президент фирмы каждый день встречается во время обеда с очередной группой рабочих.

В апреле 1982 г. руководство этого предприятия объявило, что производительность возросла на 80%, а «количество бракованной продукции уменьшилось до 7%». Производственные рабочие согласились на уменьшение ставок заработной платы за час рабочего времени, и многие традиционные правила работы были упразднены. В то же самое время новая компания создала систему стимулов, которые материально выражаются в премиях от 110 до 160 долл. в месяц.

Финансирование этой сделки стоимостью в 53 млн. долл. было осуществлено благодаря займу со стороны консорциума банков и страховых компаний. Передача предприятия из рук в руки была значительно облегчена соглашением с управлением высшего эшелона фирмы «Дженерал моторс» о покупке 70—80% подшипников с этого предприятия в течение трех лет. Так, по сообщениям, важнейшим шагом при смене этого финансового контроля была инициатива нескольких администраторов «Хайатт», в январе 1981 г. «распространивших у заводских ворот листовки, в которых задавался вопрос, не заинтересуются ли рабочие созданием совместной формы собственности «синих» и «белых» воротничков. 1530 рабочих ответили, что они в этом заинтересованы; четверо сказали, что не заинтересованы. Результаты этого опроса явились поворотным пунктом. Работающих на заводе просили внести по 100 долл. для исследования возможности осуществления этой сделки и на оплату услуг юристов; было собрано 125 тыс. долл.», с помощью которых был оплачен анализ, проведенный консультативной фирмой[44].

«Чикаго энд нортуэстерн транспортейшн компани» является весьма процветающей железной дорогой на Среднем Западе США, которая находится в собственности своих служащих с 1972 г.[45] В августе 1980 г. служащие компании «Дейтон пресс, инк.», «одной из крупнейших в США журнальных типографий», проголосовали за то, чтобы выкупить эту компанию у ее прежних владельцев по объявленной цене 135 млн. долл.[46] В Ватерлоо, штат Огайо, акционеры «Рэт пэкинг компани» согласились продать эту фирму ее служащим в 1980 г. Рабочие этого предприятия, организованные в местное отделение № 6 Объединенного профсоюза рабочих пищевой промышленности и торговли, планируют в ближайшем будущем завладеть 60% акций этой компании и собираются назначать 10 из 16 директоров компании.

Организованные рабочие должны решить проблему заключения соглашений о получении заемного капитала с целью приобретения собственности производственных предприятий, управляющие которых не удовлетворены нормой прибыли на капиталовложения в это предприятие, которое не оправдывает их дальнейшего участия в управлении данным предприятием. А эта проблема должна усугубиться, поскольку процентные ставки на финансовых рынках удерживаются на уровне, намного превышающем нормы прибыли, получаемые большинством промышленных предприятий. «Нэшнл стил корпорейшн», например, объявила в марте 1982 г., что она рассматривает вопрос о продаже своим служащим отделения «Уэйртон стил» в Западной Вирджинии. Управление фирмы указало, что это является частью общего плана перемещения финансового капитала фирмы «в сферы с наивысшей нормой прибыли». В то же время президент «Уэйртон стил» одобрил подобную сделку на том основании, что «она не только позволит сохранить рабочие места и поддержать экономическую жизнеспособность всех проживающих в Уэйртоне; эта сделка может также обеспечить служащих долей в прибылях, получаемых на сталепрокатном стане, и является наилучшей альтернативой получению капитала, необходимого для поддержания завода на уровне современной технологии». В то время на предприятии было занято 8900 рабочих, а еще 2000 рабочих были уволены[47].

По мере того как управляющие, привлекаемые быстрыми прибылями, закрыли множество предприятий в Новой Англии и на Среднем Западе и переместили свой финансовый капитал в другие места, они вызвали экономический кризис, лишив доходов не только своих бывших служащих, но и целые географические районы. В поисках эффективных ответов профсоюзы, управляющие и общественные лидеры в Джеймстауне, штат Нью-Йорк, нашли способ стимулирования сотрудничества между рабочими и управляющими в решении промышленных проблем. Группа представителей управляющих, трудящихся и местных властей помогла заводским комитетам примерно тридцати предприятий решить множество проблем — от планировки заводских корпусов и методов производства до технической переподготовки новых рабочих. На некоторых заводах комитеты из представителей рабочих и управляющих добились крупного сбережения энергоресурсов и улучшения использования сырья. Когда эти совместные комитеты стали решать вопросы, связанные с внедрением новой технологии, профсоюз одобрил установку промышленных роботов, которые повысили производительность и освободили рабочих от грязной, монотонной работы. Общая занятость в Джеймстауне, насчитывающем 37 тыс. жителей, в 70-е годы возросла в результате сотрудничества общины, рабочих и управляющих. Наблюдатели сообщают, что «джеймстаунская концепция» подхвачена и другими небольшими городами[48].

Распространение демократии на рабочих местах окажет серьезное воздействие на конструирование производственного оборудования, содержание трудовой деятельности, а также на всю производственную систему. Отдельные станки и комплекты оборудования будут все чаще конструироваться в соответствии с сенсорно-двигательными способностями людей, которым предстоит на них работать[49]. Планирование производства наверняка будет вестись с учетом новых факторов в организации труда, открытых проф. Робертом Карасеком-мл. и его коллегами. Цель состоит в расширении требований к трудовым операциям и допущении свободы действий со стороны рабочих, с тем чтобы работа содействовала улучшению, а не ухудшению физического здоровья и умственного состояния рабочих.

В то же самое время должно быть неизбежно пересмотрено и проектирование производственных систем, при этом особо тщательное внимание должно быть уделено все более важной проблеме достижения максимальной производительности средств производства. Когда эта проблема начнет решаться, будет повсеместно обнаружено, что производительность капитала (и труда) в значительной мере повышается, если нестабильные производственные системы делаются стабильными, т. е. тогда, когда вариации объема выпуска продукции удерживаются (и уменьшаются) в предсказуемых и приемлемых пределах. Цель общего подхода к установлению определенных нормативов в сфере производства состоит в том, что, по мере того как промышленные операции все более уточняются и лучше контролируются, количество аварий производственного оборудования и бракованной продукции приближается к нулю, а все компоненты даже самой сложной производственной системы начинают функционировать с точностью хорошо отрегулированного часового механизма. Но этого результата нельзя достичь, если люди действуют, подобно роботам. Устойчивая высокая производительность капитала и труда достижима лишь при сознательном сотрудничестве людей.

Для того чтобы осуществить вклад всех этих факторов в технически сложное производство, необходимо широкое сотрудничество администраторов, плановиков, инженеров и производственных рабочих, занятых на данном предприятии. Для достижения этой цели наилучшим имеющимся рецептом является распространение демократии на рабочих местах. Вкупе все эти факторы могут и должны составлять главные элементы передовой производственной системы.

Каковы перспективы того, что американцы найдут и сохранят за собой полезные рабочие места в предстоящие годы? По мере того как причины упадка американской экономики и общества признаются все более широко, обязательно должна возникнуть и большая готовность к тому, чтобы двигаться в новом конструктивном направлении. Главным вопросом здесь является природа и направление грядущих изменений.

Такие общественные институты, как авторитарное управление и военная экономика, невозможно распустить по мановению руки. Однако, по мере того как кризис производства Соединенных Штатов осознается все лучше, неминуемо станет ясно, что его нельзя разрешить простым распределением денежных средств. Реальные ресурсы должны быть перераспределены с учетом того факта, что даже в богатых Соединенных Штатах эти ресурсы ограничены. Вот почему для восстановления производственной компетентности США так важен перевод ресурсов из военной в гражданскую экономику (и параллельное прекращение гонки вооружений)[50].

Крупное перемещение ресурсов на нужды производительного использования в Соединенных Штатах потребует огромной работы в сфере экономического планирования. Инициатива и ответственность на местах вплоть до регионального уровня и технически, и экономически являются самым эффективным стилем планирования и управления производственными операциями любого вида. Планирование на национальном уровне следует ограничить расчетом наличия ресурсов и финансового капитала, а также установлением широких национальных приоритетов в области энергетической стратегии, сбережения природных ресурсов, политики в сфере образования, установления ограничений на характеристики новой техники и т. д. Во всех остальных отношениях общество лучше всего обслужит местная власть, как, например, группы из рабочих и управляющих на предприятиях, а также местные плановые органы, которые будут вырабатывать политику и способствовать экономическому развитию в соответствии со спецификой местных проблем, приоритетов и ресурсов.

С целью осуществления крупномасштабного промышленного обновления при принятии основных промышленных решений упор должен делаться на долгосрочные капиталовложения в полезные виды деятельности. Второй критерий касается определения границ влияния органов, ответственных за принятие решений. Например, высокоскоростные железные дороги, которые сегодня представляют мировой уровень техники, в том виде, как они существуют в Японии, во Франции, в ФРГ или Великобритании, необязательно являются безубыточными и приносят прибыль, если ее определять в соответствии с финансовым отчетом о прибылях и убытках обычного предприятия. Но если в этот отчет о расходах и доходах внести поправки с учетом социальных затрат и выгод для всего общества в целом, то он может отразить значительные нетто-выгоды.

В своих более ранних работах об экономических проблемах и путях развития Америки я привлекал внимание к существованию подробных планов производительных капиталовложений, которые могут стать альтернативой использованию производительных ресурсов в постоянной военной экономике[51]. Вместо этого мы стоим перед фактом бесспорных доказательств широко распространившегося упадка большинства отраслей промышленности США и многих инфраструктурных компонентов американской экономики и общества. По крайней мере 70% основного металлообрабатывающего оборудования в промышленности США устарело и не отвечает требованиям времени. Более того, устойчивой и неизменной чертой последних 35 лет является тенденция дальнейшего устаревания этого оборудования, потому что управляющие, находя цены новых станков малоприемлемыми, сужают капиталовложения в основные промышленные отрасли. По мере того как этот процесс продолжается, можно ожидать, что в середине 80-х годов по меньшей мере 75% металлообрабатывающего оборудования США устареет.

Те же условия просматриваются и в инфраструктуре: на железных дорогах, автострадах, водном транспорте, в системе удаления отходов, мостах, библиотеках, жилищах и т. д. Крупнейшая часть основного капитала американской экономики серьезно истощена. К этому сводятся выводы из отрезвляющего доклада «Америка в руинах», вышедшего в 1981 г.[52] Описываемая в докладе деградация имеет национальные масштабы и развивается все шире и глубже, поскольку ничего не делается, чтобы ее предотвратить.

Маловероятно, что политический и экономический переворот, необходимый для крупной экономической перестройки, произойдет ранее конца 80-х годов. Если будет избран новый президент и оживится деятельность конгресса и даже если их усилия будут нацелены на экономическую перестройку, благоразумие диктует предположение, что должно пройти не менее двух лет, прежде чем — с учетом обычного запаздывания — в сфере планирования и реорганизации будут предприняты усилия, необходимые для осуществления крупной и благотворной экономической операции. Только после этого можно ожидать постепенного увеличения темпов работы. Даже при самых благоприятных обстоятельствах, включая крупный первый шаг к прекращению гонки вооружений, разумно предположить, что процессы промышленного и инфраструктурного упадка будут продолжаться по крайней мере до 1988 г. Поэтому почти нет смысла в попытках детализировать оценки условий упадка специфических отраслей, в том числе сферы услуг. Масштабы такой задачи сегодня превышают возможности любого отдельного исследователя.

Поскольку самым характерным условием экономики США стало истощение, представляется подходящей попытка подробной широкомасштабной оценки возможных затрат на восстановление уже деградировавшей части средств производства и связанной с ним инфраструктуры американской промышленности. С этой целью мы должны предположить, что замене или крупной перестройке должно подвергнуться не менее двух третей основного капитала США. Сюда я включаю все здания, основные виды машин и оборудования, а также автомобильные и железные дороги, как частные, так и государственные; из этого перечня я исключаю военное оборудование и потребительские товары длительного пользования (легковые автомобили, холодильники и т. п.).

Сколько будет стоить такая перестройка или замена? Во что это выльется с точки зрения трудовых затрат в человеко-годах? В соответствии с опубликованными данными национальное богатство Соединенных Штатов на 1979 г., выражаемое как стоимость основного воспроизводимого материального богатства (исключая военную технику и потребительские товары длительного пользования), оценивается общей суммой 5700 млрд. долл. Эта сумма включает частные и государственные здания и сооружения, жилища, а также машины и оборудование[53].

Предполагая, что восстановление производственное компетентности до уровня первоклассного технического стандарта должно быть распространено на 66% основных фондов и инфраструктуры, потребуются капиталовложения в сумме 3800 млрд. долл. В 1979 г. один человеко-год труда промышленного рабочего обходился в 13 380 долл. Вышеприведенная сумма, 3800 млрд. долл., переведенная в эквивалентные трудовые затраты, потребует 14 млн. человеко-лет труда ежегодно в течение по крайней мере 20 лет. Весьма интересно, хотя это совпадение и случайно, что полученная оценка в 14 млн. рабочих, необходимых для экономической перестройки, равняется сумме числа безработных (9 млн.) и занятых в военной экономике (5 млн.) в 1982 г.

Если мы должны решить мириад проблем различных отраслей, профессий и регионов страны, то существенно важно, чтобы каждый, кто связывает свое будущее с производственной компетентностью, начал бы задаваться вопросом: «Как восстановить Америку?»[54] Чтобы внедрить новую технологию на каждом рабочем месте, необходимо будет найти соответствующие средства. Критерии «Технического билля о правах» чрезвычайно важны, потому что упор на совершенствование технологии с целью повышения производительности сочетается в нем с признанием важности конструирования и использования технологии для создания полезных рабочих мест и улучшения условий труда.

Для компетентных усилий по восстановлению Америки необходимо осуществить ряд серьезных политических и научно-технических нововведений. Два фундаментальных требования относятся к капиталу. Во-первых, как показано в гл. 13, необходимо создать современный и подробный вариант таблицы «затраты — выпуск» и соответствующего анализа, разработанных проф. В. Леонтьевым. Это совершенно необходимо для установления пределов, в рамках которых могут приниматься промышленные и другие решения, а также для установления более широких границ по планированию производства и использованию основного капитала (производственных ресурсов).

Во-вторых — и по тем же самым причинам, — контроль над финансовым капиталом, необходимым для стимулирования новых крупных производительных начинаний, не может быть доверен частным банкам и механизму свободного рынка заемного капитала, который, например, способен поднять процентные ставки до уровня, начисто исключающего производительные капиталовложения. Понадобятся меры правительственного контроля над банками и банковским делом для предотвращения такой возможности. По мере того как демократия на рабочих местах будет все более распространяться среди американских фирм, контроль над капиталом будет все более точно отражать требования трудящихся и общества о производительном использовании ресурсов.

В Соединенных Штатах в течение определенного времени пренебрегали вопросами подготовки высококвалифицированных рабочих, техников и инженеров. Но оборудование с ЧПУ всех видов используется наилучшим образом тогда, когда на нем работают люди, компетентные в теории и практическом использовании сложных машин. Последствия такого положения дел таковы, что множество лиц, подготовленных как «чистые инженеры», сегодня очень нужны для работы непосредственно на производственных участках. Конечно, такая перемена в характере труда требует изменений и в морально-этических ценностях. Молодых людей необходимо учить как теоретически, так и практически, что физический труд необходим, что для отличного выполнения производственных функций необходима высокая квалификация, что статус работающего на таком месте человека лишь повышается. Это подразумевает, что молодые люди, поступающие сегодня в школы бизнеса и на юридические факультеты, должны в своем большинстве быть переориентированы на профессиональную работу в сфере наукоемкой техники, включающей практическое управление современными машинами и оборудованием.

Совершенно очевидно, что потребуется национальная экономическая стратегия производства и сбережения энергии. Вскоре после аварии на атомной электростанции «Тримайл айленд» и примерно в то самое время, когда Дэвид Инглиз привлек внимание общественности к экономической рентабельности ветровой энергии, законодательный орган штата Нью-Йорк получил отчет, в котором приводились результаты обзора мест, подходящих для строительства малых гидроэлектростанций в этом штате. «Оказалось, что экономический потенциал имеют более 1700 таких мест. Их потенциальная мощность лежит в диапазоне от 50 до 1500 кВт. Их суммарная мощность может равняться мощности трех атомных электростанций. Удивительно и то, что 1100 этих мест уже имеет построенные плотины»[55]. Дэвид Лилиенталь, третий по счету председатель Управления развития долины реки Теннесси, под руководством которого осуществлялась значительная часть первоначального строительства в этом регионе, привлекает внимание общественности к выводам Федеральной энергетической комиссии о том, что «неосвоенные гидроресурсы Америки могли бы обеспечить потребности в электроэнергии 40 млн. людей и экономить ежегодно 100 млн. т нефти. Но даже эти цифры не учитывают возможности использования небольших рек, уже существующих плотин, каналов и шлюзов, еще не оборудованных для производства электроэнергии». Лилиенталь указывает, что «восстановление экономической жизнеспособности множества небольших, когда-то процветающих районов может явиться самой важной социальной причиной полного использования энергии средних и малых рек США. Это особенно важно для Северо-Востока, промышленное превосходство которого исторически базировалось на использовании энергии падающей воды»[56].

С точки зрения экономической отдачи капиталовложений в сферу энергетики самым эффективным является энергосбережение. В соответствии с одной серьезной оценкой «две пятые электроэнергии, используемой сегодня для обогрева и охлаждения зданий, могут быть заменены хорошим архитектурным планированием, что обойдется дешевле, чем стоит эксплуатация одной атомной электростанции...»[57]

Потребуется национальная стратегия повышения эффективности, для того чтобы комплексно использовать все факторы восстановления производственной компетентности. Такая стратегия должна будет учесть тот военный аспект промышленности, которым до сих пор пренебрегали: широкое различие внутриотраслевой производительности предприятий. Последние имеющиеся данные по этому вопросу относятся к 1967 г. В тот период средняя производительность лучших 25% предприятий во многих отраслях была в среднем в 2,4 выше средней производительности худших 25% заводов[58]. В автомобилестроительной отрасли промышленности это соотношение по производительность составило 2,5 раза, в сталеплавильной — 2,3, в нефтехимической — поразительные 4,8 раза. Это означает, что для улучшения хозяйственных показателей в рамках отдельных отраслей существуют очень большие возможности просто благодаря применению на худших по производительность предприятиях технологических методов, уже внедренных на технически передовых заводах. Такой подход к повышению производительности, возможно, принесет большие выгоды еще до того, как будет использована новая технология[59].

Защита окружающей среды является еще одним неустранимым требованием к сбалансированному функционированию современной промышленности. Нет ни одной альтернативы национальной стратегии преодоления пренебрежения к этой проблеме по всей стране в недавнем прошлом. Агентство по охране окружающей среды США сообщает, например, что с 1975 по 1978 г. 90% промышленных отходов удалялось неправильно. Правильная государственная политика может не только защитить население от опасностей загрязнения окружающей среды, но и заставить фирмы разработать методы такой переработки отходов, которые были бы выгодны с экономической точки зрения[60].

Жизненно важным фактором реализации работоспособной децентрализованной программы создания производительной американской экономики может стать планирование на местном уровне. По мнению Дерека Ширера, «местное демократическое планирование могло бы начаться с нацеленных на решение проблем небольших кварталов программ, которые обеспечивают жителей этих кварталов технической помощью по оценке товаров и услуг, в которых нуждается их район. Сюда могут входить такие общественные блага, как парки и ремонт улиц, а также удовлетворение частных потребностей, например специфические типы магазинов или просто-напросто рабочие места для безработных... Города могли бы получить средства для планирования новых рабочих мест и улучшения состояния городской среды со стороны находящихся в собственности муниципалитетов банков, которые предоставляли бы заемные фонды и обеспечивали капитал для развития городов». Идея использования местных банков, связанных с процессом контроля и принятия решений в районных масштабах, является главной альтернативой стандарту централизма с его требованиями к бесконечной бумажной волоките и не имеющим никакой личностной основы контактам с плохо информированными и высоко сидящими бюрократами[61].

Цель предоставления полезной работы всем не является несбыточной мечтой. Но ее реализация требует разрыва долго существовавшего молчаливого социального контракта между управляющими и остальным обществом и принятия соответствующих мер. От управляющих ожидают, что они организовывают людей на труд, и в обмен за это им позволяют контролировать производство и присваивать значительную долю прибыли и власти. Но управляющие, ориентированные главным образом на прибыли и власть, развили в себе устойчивую неспособность к организации людей на труд. Традиционный базис законности управленческой власти в настоящее время разрушается в результате контролируемой управлением деградации производственной системы США и параллельных усилий управляющих сохранить свое право на делание денег, несмотря на рост безработного населения. Как только факт разрыва социального контракта дойдет до сознания всей страны, возникнет общенациональная потребность в поиске альтернативных способов организации труда и перестройке американской экономики. Соответствующие требования включают инициативу со стороны всех производственных профессий по прогрессивному расширению демократии на рабочих местах, перенесению упора на управление, ориентированное на производство, большей децентрализации принятия решений и существенное сокращение масштабов военной экономики.

Проведенный в этой книге анализ может быть использован при оценке достоинств различных предложений по экономической и промышленной политике Соединенных Штатов. Консерваторы, например, склоняются в пользу политики невмешательства государства в экономику и отмены многих ограничений («регулирования»), действующих в отношении управляющих. В предложениях со стороны либерального центра упор делается на «промышленную политику» и планы «деиндустриализации» с поддержкой государством управляющих в «восходящих» отраслях промышленности. Особенностью классического социалистического подхода является государственная собственность на средства производства в качестве самой первой меры.

Этот веер политических вариантов содержит общую ошибку: ориентацию на частных менеджеров и государственных администраторов, а следовательно, и на классический социальный контракт, т. е. на способность и готовность управляющих эффективно организовывать людей на труд, что исторически было их главной функцией. Но — и это является главным тезисом, доказывавшимся в данной книге, — такого контракта более не существует. Поэтому достижение экономического обновления требует новых форм управления экономической жизнью и — что является самым фундаментальным и критически самым важным фактором — предоставления власти принятия решений тем, кто непосредственно занимается производством.


СНОСКИ

[1] В своем номере от 8 февраля 1982 г. журнал «Бизнес уик» представил прогноз на 1981—1987 гг. роста военных предприятий в 30 отраслях по сравнению с ожидаемым ростом обычного гражданского бизнеса. За одним исключением (водный транспорт), в 29 перечисленных отраслях — начиная от производства радио- и телевизионного оборудования, а также авиакосмической продукции и кончая автомобилестроением, химической и нефтехимической продукцией — предсказываемое увеличение военного бизнеса будет происходить быстрее, чем рост гражданской деятельности. Это означает, что в указанных отраслях управляющие, техники и промышленные рабочие окажутся в более сильной зависимости от продолжения и расширения военной экономики США.<<

[2] Robert В. Reich. "Why the U. S. Needs an Industrial Policy". — Harvard Business Review, January—February 1982.<<

[3] John Walsh. "Japan — U. S. Competition: Semiconductors Are the Кеу". — Science, February 12, 1982.<<

[4] The New York Times, February 1, 1982.<<

[5] Ray Connolly. "Competition and the Weapons Welfare State". — Electronics, February 10, 1982. См. также обмен письмами между Дж. Нэнглом, инженером, и Р. Рейчом, экономистом, в New York Review, March 18, 1982.<<

[6] "Will Japan Leapfrog America on Superfast Computers?" — The Economist, March 5, 1982, р. 95.<<

[7] Seymour Melman. "The Permanent War Economy". Simon & Schuster, 1974, р. 145.<<

[8] Peter G. Peterson. "No More Free Lunch for the Middle Class", — The New York Times, January 17, 1982.<<

[9] Идея прекращения всеобщей гонки вооружений была предметом открытых обсуждений на международных и межправительственных встречах вплоть до кубинского ракетного кризиса в октябре 1962 г. Всего лишь шестью месяцами раньше, в апреле 1962 г., Соединенные Штаты представили тщательные и детальные планы постепенного прекращения гонки вооружений, с которыми должны были согласиться как Соединенные Штаты, так и Советский Союз, причем были предусмотрены меры по контролю и другие меры обеспечения безопасности. Советский Союз выдвинул параллельное предложение в сентябре 1962 г. (Полный текст этих документов представлен в работе: S. Мelman. Disarmament, Its Politics and Economics. Boston, 1962.) Но, после того как в следующем месяце обе стороны оказались на грани ядерной войны, оба предложения были забыты. Затем американские власти, будучи уверены в своей способности выиграть игру в жаренных на ядерном огне цыплятах, отказались от какого-либо серьезного планирования по прекращению наращивания военной мощи и сконцентрировали свое внимание на новых способах использования вооруженных сил с целью расширения своей власти принимать решения. Таким учением и была война во Вьетнаме. Следует отметить, что предложения 1962 г. были поддержаны ведущими группами американского истэблишмента, возглавлявшимися Джоном Макклоем, только что ушедшим в отставку президентом банка «Чейз Манхэттен». Будучи известным в прессе как ключевая фигура американского истэблишмента, Макклой добился поддержки предложения о разоружении со стороны бизнесменов и других групп общества. Вся эта история изложена в серии документов, чтение которых захватывает дух даже 20 лет спустя. — См.: например, следующие доклады Агентства по контролю над вооружениями и разоружению США: Blueprint for the Peace Rасе: Outline of Basic Provisions of а Treaty on General and Complete Disarmament in а Peaceful World, Мау 1962; Toward а World Without War: А Summary of U. S. Disarmament Efforts — Past and Present, October 1962; Disarmament: The New U. S. Initiative, September 1962.<<

[10] From NBC White Paper, "If Japan Can... Whe Can't We?" Broadcast on National Broadcasting Company, June 24, 1980.<<

[11] Ibid.<<

[12] Письмо Ала Байлика в газету The New York Times, February 11, 1982.<<

[13] "How the Japanese Manage in the U. S.". — Fortune, June 15, 1981, р. 98.<<

[14] Ibid., p. 102.<<

[15] Business Week, October 12, 1981, р. 86.<<

[16] Ibid.<<

[17] Prof. Martin К. Starr. Письма в Business Week, July 28, 1980.<<

[18] Письмо Р. Робинсона, профессора МТИ по курсу международного менеджмента, в The New York Times, April 7, 1982.<<

[19] Business Week, December 2l, 1981.<<

[20] "How the Japanese Manage in the U. S.". — Fortune, June 15, 1981, р. 103.<<

[21] Steve Zоhr. "Japan's Enviable Jobless Bate". — The New York Times, December 21, 1981.<<

[22] Ibid. Посетив в апреле 1982 г. Линкольн, штат Небраска, я узнал, что японская компания «Кавасаки», выпускавшая в этом городе мотоциклы, закрыла это производство, но не уволила своих рабочих. Вместо того она отдала их «взаймы» на длительный период городскому муниципалитету для всякого рода работ по улучшению городской среды, продолжая в то же время выплачивать им жалованье. См. The New York Times, Oct. 24, 1981.<<

[23] The New York Times, April 19, 1981.<<

[24] Robert Н. Hayes. "Why Japanese Factories Work". Harvard Business Review, July—August 1981.<<

[25] "Texas Instruments Shows U. S. Business How to Survive in the 1980s". — Business Week, September 18, 1978.<<

[26] Josерh С. Wymаn. "Steel Mini-Mills — An Investment Opportunity". New York, Shearson, Loeb Rhoades, Inc., November 20, 1980.<<

[27] U. S. General Accounting Office. "Productivity — Sharing Programs: Can They Contribute to Productivity Improvement?" Washington, D. С., March 3, 1981.<<

[28] Fortune, June 15, 1981.<<

[29] The New York Times. October 16, 1981 ("The Japanese Way at Quasar: Plant in U. S. Called Model of Efficiency").<<

[30] The New York Times, December 14, 1981 ("Foreign Management Lessons: Sony Succeeds Where British Business Fails").<<

[31] Rosаbeth М. Kanter and Вarry А. Stein. "The Egalitarian Revolution". — Bell Telephone Magazine, Edition 4th, 1980.<<

[32] Ibid.<<

[33] The New York Times, February 13, 1982 ("Japanese Earned Labor Harmony").<<

[34] The New York Times, February 26, 1982 (Thomas С. Hayes. "Behind G. М.'s Labor Troubles"). Сравните с: Steve Lohr. "Japan Places Markets Above Profits". — The New York Times, April 19, 1982.<<

[35] Robert Vаsquez. "Saving а Steel Town". — The New York Times, August 20, 1980.<<

[36] Victor Gotbaum and Edward Handman. "Labors Business". — The New York Times, April 22, 1982. Те же самые профсоюзные деятели добавили, что «определение успешности действий менеджеров сегодня изменилось по сравнению с тем, к какому мы привыкли: управляющие корпораций более не оцениваются исключительно по их способности производить новую продукцию, продавать новые товары и открывать новые рынки. Преуспевающие управляющие скрывают огромные убытки, а прибыли можно извлечь путем слияния двух корпораций, чтобы они вместе производили меньше, чем раньше производили порознь».<<

[37] Jeremy Rifkin and Randy Barber. "The North Will Rise Again". Beacon Press, 1978, р. 100.<<

[38] Ibid., p. 236.<<

[39] Business Week, March 28, 1977, р. 78.<<

[40] Jаmes O'Toole. "Making America Work: Productivity and Responsibility", Continuum, 1981. См. статью того же автора в Industry Weel, August 10, 1981.<<

[41] The New York Times, July 5, 1981 (Thomas С. Hayes. "At G. M.'s Buick Unit Workers and Bosses Get Ahead by Getting Along") .<<

[42] Вызывающие огромное восхищение группы контроля качества продукции в важнейших японских отраслях «...были созданы отнюдь не управляющими высшего эшелона. Они скорее возникли иэ добровольного широкого массового движения рядовых рабочих и управляющих среднего звена по всей стране. Инициатором стал Союз японских ученых и инженеров, или НИККА—ГИРЕН. В 1962 г. этот союз начал публиковать журнал, позднее названный «ФКС», который призывал к созданию кружков контроля качества продукции среди заводских рабочих и бригадиров и помог осуществить отход от западной концепции контроля за качеством как исключительной прерогативы технических экспертов. Этот журнал распространялся в больших количествах среди промышленных рабочих, которые сами его покупали; он стоил столько же, сколько пачка сигарет. Чтение журнала проходило, как правило, коллективно — в кружках. Этот журнал вкупе с поколением инспекторов, хорошо знавших концепции контроля качества 50-х годов, помог осуществить начальную массовую подготовку общественных инспекторов. Союз японских ученых и инженеров продолжает оказывать сильное влияние. Он публикует материалы об отдельных успешных кружках контроля качества и содействует проведению региональных и национальных конференций, на которых члены кружков из различных компаний делятся своим опытом». — К. Ohmae. Quality Control Circles: They Work and Don't Work. "The Wall Street Journal", March 29, 1982.<<

[43] См., например, следующие работы: Dаniеl Zwerdling; "Workplace Democracy". Harper & Row, 1978; Ithaca Work Group. "Democracy in the Workplace: Readings on the Implementation of Self-Management in the United States", Strong forcе Series. Ithaca, N. Y., 1977; Paul В еrnstein. "Workplace Democratization: Its Internal Dynamics". Kent State University Press, 1976; Gerrу Нunnius (ed.). "Workers' Control, А Reader' on Labor & Social Change'. Random House, 1973; Ken Соates. "Can the Workers Run Industry?" Sphere Books, 1968; Lоuis Dаvis and Albert В. Сhаrns (eds.). "The Quality of Working Life". The Free Press, 1975; Industrial Relations (Berkeley) 9, № 2 (February 1970). (This is а special' issue on worker participation.); Katrina Bermаn. "Worker-owned Plywood Companies: An Economic Analysis'. Washington State University Press, 1967; Саrl Веllas. "Industrial Democracy and Worker-owned Firm: А Case Study of Twenty-one Plywood Companies in the Pacific North-west". Praeger, 1972; Рaul Blumbеrg. "Industrial Democracy: The Sociology of Participation". Schocken Books, 1973; David Jenkins. "Job Power: Blue and White Collar Democracy". Doubleday, 1973; Williаm Ronco. "Jobs". Beacon Press, 1977; Workers' Self-Management Group. "Democratizing the Workplace: From Job Enrichment to Worker Control" (American Friends Service Committee, 48 Inmann St., Cambridge, Mass. 02139); "Work in America: Report of the Special Task Force of the Secretary of Health, Education апй Welfare". MIT Press, 1973; Jаmes O'Тооlе (ed.). "Work and the Quality of Life". MIT Press, 1973; Jerеmy Rifkin. "Own Your Own Job: Economic Democracy for Working Americans'. Bantam Books, 1977.<<

[44] The New York Times, April 27, 1982 (William Serrin. "An Experiment in Jersey: Workers Buy а Factory").<<

[45] Business Week, September 15, 1980.<<

[46] The New York Times, August 19, 1980.<<

[47] The New York Times, March 3, 1982.<<

[48] The New York Times, October 11, 1981; Richard D. Lyons. ."A Troubled Upstate City Solving Its Labor Unrest". В готовящемся к печати сборнике Дж. Ротшильда—Уитта, У. Уайта и др. соавторов будет содержаться глава «Джеймстаунская .модель кооперативного решения проблем», в которой стиль работы совместного комитета рабочих и управляющих представляется как «определенно американское социальное изобретение».<<

[49] Ernest J. McCormick and Mark S. Sanders. "Human Factors in Engineering and Design" 5th ed. McGraw-Hill; 1982; Нarold В. Мауnard (ed.). "Industrial Engineering Handbook", 3rd ed. McGraw-Hill, 1971. См. гл. "Human Factors Engineering", рр. 7—46 ff.; Victor Papanek. "Disign for the Real World". Pantheon Books, 1971; см. журнал Human Factors.<<

[50] Предварительными условиями компетентной экономической конверсии являются следующие: на каждом предприятия военной промышленности и на каждой военной базе должны быть созданы комитеты из администраторов и рабочих по альтернативному использованию ресурсов; должны быть составлены чрезвычайные планы по гражданскому использованию военно-промышленных предприятии; должны быть изысканы средства материальной поддержки для бывших служащих военной промышленности в период их переподготовки, реорганизации предприятий и перегруппировки персонала; необходимо обеспечить переподготовку инженеров и администраторов военной экономики для условий работы в гражданских отраслях; необходимо создать национальную комиссию по экономической конверсии для распределения финансовых средств на главные гражданские проекты, государственные и частных. Эти и другие компоненты компетентной экономической конверсии подробно описаны в работе: S. Меlmаn. The Permanent War Economy. N. Y., 1974, ch. 8, 9, 10. Прекрасная библиография по вопросам экономической конверсии дана в работе: G. Wong. Economic, Consequences of Armament and Disarmament. А. Bibliography. Los Angeles, 1981.<<

[51] Sеуmоur Меlmаn. "Our Depleted Society". Holt, Rinehart & Winston, 1965; "Pentagon Capitalism". McGraw-Hill, 1970; and "The Permanent War Economy". Simon & Schuster, 1974.<<

[52] Pat Choate and Susan Walter. "America in Ruins". Washington, D. С., The Council of State Planning Agencies, 1981.<<

[53] U. S. Bureau of the Census. "Statistical Abstract of the U. S. 1980". Government Printing Office, 1980, р. 474.<<

[54] Международная ассоциация станочников и рабочих авиакосмической промышленности предприняла интересную инициативу, разработав экономические планы «перестройки Америки в 80-е годы».<<

[55] The New York Times, April 25, 1979.<<

[56] The New York Times, December 28, 1976.<<

[57] The New York Times, August 5, 1980.<<

[58] Michael Boretsky. "U. S. Technology: Trends and PoIicy Issues". U.S. Department of Commerce, October 1973.<<

[59] Процесс научных исследований и разработок новой технологии должен будет осуществляться с учетом пределов, налагаемых попыткой использовать «экономию на масштабах производства», т. е. попытку достижения более высокой производительности за счет увеличения механизмов и заводов. Пределы такой «экономии» обозначены в работе: John Е. Ullmann. The Improvement of Productivity: Myths and Realities. Praeger, 1980.<<

[60] The New York Times, June 19, 1980.<<

[61] Derek Shearer. "Popular Planning". — The New York Times, March 16, 1982; Маrtin Саrnоу and Derek Shеаrег. "Economic Democracy: Challenge of the 1980s". М. Е. Sharpe, 1980.<<


ПРИЛОЖЕНИЯ