XXVIII. Кампания по поводу "Великой Украины" - Мировая революция и мировая война - В. Роговин

Оглавление


Глава XXVII


XXVIII
Кампания по поводу "Великой Украины"

Определённые сложности в отношениях СССР и Германии наметились в конце 1938 - начале 1939 года в связи с кампанией по поводу возможности создания т. н. "Великой Украины". Эта кампания была связана с тем, что одним из последствий Мюнхенского соглашения и расчленения Чехословакии стало создание марионеточной "Независимой Карпатской Украинской республики" с "автономным правительством". Вслед за этим на Западе стали распространяться сообщения о предстоящем "воссоединении" Германией Закарпатской Украины с советской Украиной путём поглощения последней и включения её в состав "Великой Украины". Эта тема активно обсуждалась на Западе, поскольку было хорошо известно, что на протяжении длительного времени влиятельная группа национал-социалистов, возглавляемая А. Розенбергом, выступала за захват советской Украины и включение её в германскую империю.

На протяжении нескольких месяцев "украинская тема" оживлённо дебатировалась в мировой печати, на дипломатических переговорах и в дипломатической переписке. 15 декабря 1938 года французский посол в Германии Кулондр писал министру иностранных дел Бонне, что "вот уже примерно в течение десяти дней весь национал-социалистический аппарат говорит об Украине... Пути и средства, кажется, ещё не разработаны, но сама цель, кажется, представляется уже установленной - создать великую Украину, которая стала бы житницей Германии". Активизацию вопроса об Украине Кулондр объяснял переживаемыми Германией продовольственными трудностями. "Чтобы поддержать и усилить предвоенную экономику, - писал он, - нужны житница, шахты, рабочая сила; Украина - вот путь к империи"[1].

В телеграмме Литвинову от 14 декабря 1938 года советник посольства СССР в Германии Астахов писал, что тема Украины, находящая отражение в германской печати, "является сейчас одной из самых модных в Берлине". Об актуальности украинской "проблемы" открыто говорят как "низовые чернорубашечники, так и высокопоставленные официальные лица. Решение проблемы мыслится в плане создания "единой Украины" из всех частей, включая советскую"[2].

"Украинская проблема", как сообщал в Москву посол в Англии Майский, гораздо больше муссировалась в Англии и Франции, чем в Германии. "Из того, что я слышал и наблюдал на протяжении минувших двух месяцев, - писал он, - с полной определённостью вытекает заключение, что чемберленовские круги сознательно раздувают "украинское направление" германской агрессии, стремясь подсказать Гитлеру именно такой ход"[3]. Несколько ранее Майский сообщал, что "в британских правительственных кругах... сейчас очень популярна концепция, согласно которой ближайший удар Гитлера будет на восток, в частности против Советской Украины"[4]. Из этого прогноза советник Чемберлена Вильсон в беседе с Майским делал вывод, что "Англии в ближайшем будущем не угрожает война". "Весьма вероятно, - суммировал высказывания английских политических деятелей Майский, - что если не весь кабинет в целом, то, по крайней мере, отдельные члены британского правительства поощряют Гитлера в сторону "восточной экспансии"[5]. Аналогичные сообщения в Москву шли из Парижа от советского посла Сурица, который писал, что многие французские политические деятели придерживаются мнения о серьёзности германских приготовлений и намерений в отношении Украины, которая явится наиболее вероятным и ближайшим объектом германской экспансии[6].

В дипломатических документах не зафиксировано ни одного факта официальных либо неофициальных бесед деятелей третьего рейха на тему "Великой Украины" с представителями Англии и Франции. "Украинская тема" была затронута лишь на переговорах Риббентропа с польским министром иностранных дел Веком, которые состоялись 6 и 26 января 1939 года. В первой беседе Риббентроп говорил о необходимости присоединения Данцига к Германии и строительства через польскую территорию экстерриториальной автострады и железной дороги, соединяющих основную часть Германии с Восточной Пруссией. Далее он сообщил, что Гитлер "уже изложил нашу отрицательную позицию в отношении Великой Украины" и спросил Бека, не отказалось ли польское правительство от претензий маршала Пилсудского на Украину. На это Бек ответил, что поляки "уже были в самом Киеве и что эти устремления, несомненно, всё ещё живы и сегодня"[7].

Во второй беседе Риббентроп вернулся к "известному германскому предложению" о возвращении Данцига и создании автомобильной и железнодорожной линии через "польский коридор". На этот раз он предложил Беку в качестве своего рода компенсации "сотрудничество между Польшей и Германией" в вопросе о Великой Украине. Бек охотно откликнулся на эту идею, заявив, что "Польша претендует на Великую Украину и на выход к Чёрному морю"[8].

Большинство советских и зарубежных дипломатов и политиков считали, что Гитлер не станет предпринимать прямое военное вторжение на Украину, а будет стремиться вызвать в ней сепаратистское движение. В беседе с Майским Вильсон заявил, что линия Гитлера "будет примерно та же, что и в случае с Чехословакией. Сначала рост национализма, вспышки, восстания украинского населения, а затем "освобождение" Украины под лозунгом "самоопределения"[9]. Кулондр также считал маловероятным осуществление Гитлером планов, связанных с созданием "Великой Украины", путём прямого военного вмешательства. "В окружении Гитлера, - писал он, - подумывают о такой операции, которая повторила бы в более широких масштабах операцию в Судетах: проведение в Польше, Румынии и СССР пропаганды за предоставление независимости Украине, и в подходящий момент дипломатическая поддержка и акция со стороны местных добровольческих отрядов". При этом, по мнению Кулондра, решающее значение будет иметь "создание внутренних неурядиц в Советской Украине"[10].

Известным основанием для таких прогнозов была деятельность националистических сил украинской эмиграции, которые считали себя с 1919 года в состоянии войны с Советской Россией. Украинские националисты имели свою военизированную организацию ОУН, в составе которой находились две бригады численностью около двух тысяч человек. ОУН предполагала в ближайшем будущем в союзе с немцами "освободить" Советскую Украину и имела своё подполье в УССР, которое должно было развернуть деятельность в случае войны[11].

Откликаясь на кампанию за создание "Великой Украины", Троцкий писал, что "Советская Украина развивала в первый период своего существования могучую притягательную силу также и в национальном отношении и поднимала на борьбу рабочих, крестьян и революционную интеллигенцию Западной Украины, порабощённой Польшей. Однако за годы термидорианской реакции положение Советской Украины, а вместе с тем и постановка украинского вопроса в целом резко изменились. Чем глубже были пробужденные надежды, тем острее оказалось разочарование. Бюрократия душила и грабила народ и в Великороссии. Но на Украине дело осложнялось разгромом национальных упований. Нигде зажим, чистки, репрессии и все вообще виды бюрократического хулиганства не принимали такого убийственного размаха, как на Украине, в борьбе с сильными подпочвенными стремлениями украинских масс к большей свободе и самостоятельности".

Всё это привело к тому, что от прежнего доверия и симпатий зарубежных украинских масс к Кремлю не осталось и следа. -"Со времени последней разбойничьей "чистки" на Украине никто на Западе не хочет примыкать к кремлёвской сатрапии, продолжающей именоваться Советской Украиной. Рабочие и крестьянские массы в Западной Украине, в Буковине, в Карпатской Украине растеряны: куда повернуться? чего требовать? Это положение, естественно, передаёт руководство наиболее реакционным украинским кликам, которые свой "национализм" выражают в том, что пытаются продать украинский народ то одному, то другому империализму в возмещение за обещание фиктивной независимости. На этой трагической смуте Гитлер основывает свою политику в украинском вопросе"[12].

Перелом в этой политике наступил в дни захвата Германией Чехословакии (см. гл. XXX), когда Закарпатскую Украину с согласия Гитлера оккупировали войска реакционного хортистского режима в Венгрии, незадолго до этого присоединившейся к Антикоминтерновскому пакту. Автономное правительство Закарпатской Украины, созданное гитлеровцами после Мюнхена, было распущено, а её территория была объявлена частью Венгрии. Украина оказалась, говоря словами Троцкого, "распятой между четырьмя государствами"[13] - СССР, Польшей, Венгрией и Румынией.

Объясняя, почему "Гитлер с таким шумом поднял вопрос о создании "Великой Украины" и... с такой воровской поспешностью снял этот вопрос", Троцкий писал, что мотивы поведения Гитлера "надо искать, с одной стороны, в мошеннических комбинациях немецкого империализма, с другой стороны - в опасении вызвать дьявола, с которым трудно будет справиться. Карпатскую Украину Гитлер подарил венгерским палачам. Сделано это было, если не с явного одобрения Москвы, то во всяком случае в расчёте на такое одобрение. Гитлер как бы говорит Сталину: "Если б я собирался атаковать завтра Советскую Украину, я бы сохранил Карпатскую Украину в своих руках". В виде ответа Сталин на 18-м съезде открыто взял под свою защиту Гитлера от клеветы западных "демократий"[14*]. Гитлер покушается на Украину? Ничего подобного! Воевать с Гитлером? Ни малейших оснований! Передача Карпатской Украины в руки Венгрии явно истолковывается Сталиным как акт миролюбия"[15].

Характеризуя поведение Сталина в связи с кампанией по поводу "Великой Украины", Троцкий делал вывод, что Сталин относится к народам зарубежной Украины так же, как "ко всем угнетённым народам, ко всем колониям и полуколониям, т. е. как к разменной монете в своих международных комбинациях с империалистскими правительствами"[16].


ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Год кризиса. Т. I. С. 148-149.<<

[2] Там же. С. 144.<<

[3] Там же. С. 181.<<

[4] Там же. С. 138.<<

[5] Там же. С. 121.<<

[6] Там же. С. 139.<<

[7] Там же. С. 175-176.<<

[8] Там же. С. 194-195.<<

[9] Там же. С. 121.<<

[10] Там же. С. 145, 148.<<

[11] Судоплатов П. А. Разведка и Кремль. С. 19, 26.<<

[12] Бюллетень оппозиции. 1939. № 77-78. С. 4-5.<<

[13] Там же. С. 3.<<

[14*] Значительную часть международного раздела доклада на XVIII съезде Сталин посвятил иронизированию над "шумом, который подняла англо-французская и североамериканская пресса по поводу Советской Украины". "Деятели этой прессы, - заявил он, - до хрипоты кричали, что немцы идут на Советскую Украину, что они имеют теперь в руках так называемую Карпатскую Украину, насчитывающую около 700 тысяч населения, что немцы не далее как весной этого года присоединят Советскую Украину, имеющую более 30 миллионов населения, к так называемой Карпатской Украине. Похоже на то, что этот подозрительный шум имел своей целью поднять ярость Советского Союза против Германии, отравить атмосферу и спровоцировать конфликт с Германией без видимых на то оснований" (XVIII съезд Всесоюзной Коммунистической партии (большевиков). С. 13).<<

[15] Бюллетень оппозиции. 1939. № 77-78. С. 3, 5-6.<<

[16] Там же. С. 5.<<


Глава XXIX